Родился в зауральской деревенской семье 1 апреля 1950 года. Село это было поставлено 250 лет назад на одном из островов большого озера, поэтому и названо было «Островное». Отец работал лесником, мать — на прокладке шоссейных дорог Мишкинского района Курганской области. Родственники работали в колхозе. В 1957 году пошёл в школу семилетку, позже стала восьмилеткой. К этому времени я уже мог писать и читать благодаря заботам бабушки, с которой я жил. Играть на баяне тоже научился рано. Любовь к музыке зародилась благодаря патефону, который я часто слушал дома. Так что с детских лет мне пришлось играть и в школе, и в клубе на концертах. Гармонистов и баянистов не было, не вернулись с войны, а новые были ещё малы. По окончании 8 класса по просьбе учителей и заведующей клубом поступил в Курганское культурно-просветительное училище. Проучился мало, были серьёзные причины, из-за которых пришлось оставить стены училища и уехать в г.Барнаул. Там я пошёл работать на завод, затем через знакомых меня приняли на работу в ДК моряков-речников, где и работал до армии. Там и попробовал впервые писать стихи, а к ним и музыку. Что-то получалось, а что-то нет. Серьёзно я над этим не задумывался, а вскоре ушёл в армию. После службы, повидав родину, родных, уехал на Урал. Работал на УРАЛазе, там же и освоил профессию газоэлектросварщика. Через некоторое время, уже женатым, имея двух детей, уехал обратно в Зауралье. Ни к музыке, ни к стихам не тянуло и не влекло всерьёз. А вот обратно на Урал влекло и тянуло и это продолжалось более 30 лет. В конце — концов, приехали обратно. Вот тут-то и случилось чудо, однажды пришлось наблюдать за прохожим и бездомной собакой, то, что увидел, когда-то произошло и со мной, память же сработала почему-то стихами. Произошло это в 2008 году, с тех пор вот и пишу немного о том, что вдруг заложится на сердце.

Одно скажу: не стану я великим.

Не написать мне «Демона»,

Как Лермонтов умел.

Не спеть мне песен, так как пел Есенин

Не мой тут видимо удел.

Ну, а писать? Писать я буду!

И жаль потерянных мне лет,

Но вдруг, когда-нибудь, да скажут:

А не плохой бы был поэт!