22 апреля, 155 лет назад, родился один из самых ярких российских и мировых исторических деятелей – Владимир Ленин. Именно Ленин / Владимир Ильич Ульянов, родившийся в небольшом провинциальном приволжском городке Симбирске, перевернул жизнь огромной страны.

В разные периоды нашей истории его боготворили и проклинали. Образ В.И. Ленина с течением времени все более обрастал легендами, уходя от реального образа настоящего человека из плоти и крови. Мифологизация лидера Октябрьской революции началась давно. И едва ли скоро закончится: слишком велика, слишком противоречива эта фигура, слишком трудно подходить к ней с обычной меркой. И до сих пор остаются актуальными слова поэта Ивана Полетаева, сказанные в далеком 1924 году:

Портретов Ленина не видно:
Похожих не было и нет.
Века уж дорисуют, видно,
Недорисованный портрет.

Перо, резец и кисть не в силах
Весь мир огромный охватить,
Который бьется в этих жилах
И в этой голове кипит.

Глаза и мысль нерасторжимы,
А кто так мыслию богат,
Чтоб передать непостижимый,
Века пронизывающий взгляд?

Образ вождя постоянно трансформировался: Ленин 1920-х годов отличается от Ленина 1930-х годов (вспомним знаменитое «Сталин – это Ленин сегодня»), а последний – от Ленина 1950-х – 1960-х годов. Очередной мощный сдвиг в «ленинском миф»» произошёл не в 1990-е годы, а в период Перестройки. Ленин тогда рассматривался как «антипод» Сталина – организатора массовых репрессий. В 1990-е годы произошло новое переформатирование мифа о Ленине. Его изображают уже не «пламенным революционером», а «безумным фанатиком», которому чуждо что-либо человеческое; «революция народных масс» превращается в «революцию маргиналов». Ленин становится «немецким шпионом», а Октябрьская революция трансформируется в «большевистский переворот». На Ленина были перенесены все черты перестроечного мифологического диктатора Сталина. В итоге он стал своеобразным «Сталиным вчера», в равной с ним мере ответственный за все злодеяния и ГУЛаг.

Однако было бы справедливо оценивать Ленина, исходя из смысла времени и конкретного состояния эпохи, в которой он жил и действовал». Например, историк Е. А. Котеленец (Котеленец Е.А. Ленин как политик и человек в новейших исследованиях ) отмечает, что в начале своей деятельности Ленин — пламенный революционер, желающий не учиться у истории, а учить её. И лишь после 1917 года он осознал, насколько сложной и тяжёлой будет дорога к социализму.

А каким он был на самом деле? Сейчас, по прошествии полутора веков, мы вынуждены опираться на тот его образ, что во многом формирует массовая культура – в первую очередь литература и кинематограф.

Ленин в литературе

Ленин — одна из крупнейших фигур не только отечественной, но и мировой истории. Неудивительно, что о нем написаны тысячи страниц не только научных текстов. Образ Ленина в современной литературе представлен в разных направлениях.

Советские дети знакомились с образом «дедушки Ленина», читая истории о детских годах Володи Ульянове: о яблочных очистках, которые он съел незаметно от матери, готовившей яблочный пирог; о том, как маленький Володя мужественно признался, что разбил графин; о козлёнке, которым он пугал своего младшего брата Дмитрия, чтобы «воспитать в нём бесстрашие». Возможно, в жизни реального Володи Ульянова и были такие эпизоды (о некоторых из них скажет писатель Лев Данилкин в своей книге), но интерпретированы они в нужном политическом ключе. Образ взрослого Ленина в детских книгах был мягок и светел — он устраивает праздник в детском доме, организует «общество чистых тарелок».

О Ленине подростке, юноше рассказывают книги «Сердце матери» З. Воскресенской и «Юность Ленина» Н. Нечволодовой, Л. Резниченко. В книге «Юность Ленина» перед читателями проходят годы учения В. Ульянова в Симбирской гимназии, его пребывание в Казанском университете, участие в студенческих волнениях 6 декабря 1887 года и высылка в деревню Кокушкино. Ленин в сибирской ссылке – герой повести М. Прилежаевой «Удивительный год» и трилогии А. Коптелова «Большой зачин» и «Возгорится пламя». А еще были — «Четыре урока у Ленина» М. Шагинян, «Чёрные сухари» Е. Драбкиной, «Маленькая железная дверь в стене» В. Катаева.«Рождение сына» и «Первая Всероссийская» М. Шагинян, трилогия А. Коптелова, повести М. Прилежаевой, В. Осипова, В. Красильщикова и другие.

Советские писатели предлагали нам объективное изображение образа Ленина, насколько это возможно и политически оправданно. К этому направлению относится достаточно большой пласт документально-художественной прозы, где автор – на основе личных впечатлений и представлений или на основе изучения документов – рассказывает о роли Ленина в истории. Жизнь Ленина со временем уточнялась в деталях. Каноническая биография Ленина, подготовленная Институтом марксизма-ленинизма, за 1960–70-е годы выросла с 600 до 770 страниц. К книгам, написанным несомненными сторонниками и последователями, добавлялись книги критиков, иногда откровенных врагов лидера победившей партии.

Представим некоторые книги подробнее:

Максим Горький. «В. И. Ленин» (1924). Максим Горький написал лучшие литературные мемуары о Ленине, где мы видим взаимоотношения двух великих людей, далеко не всегда соглашавшихся друг с другом. Горький создал хрестоматийный биографический очерк, появившийся сразу после смерти героя и заложивший основу советской ленинианы. И, в частности, закрепивший имя «Владимир Ильич Ленин» (сам он, как известно, обычно использовал псевдоним «Николай Ленин»). Именно таланту Горького мы обязаны запоминающимся образом «прост, как правда».

Николай Валентинов «Встречи с Лениным». «Малознакомый Ленин». Познакомившись с Лениным в 1904-м, он быстро разочаровался в нем и отошел от большевизма. Но продолжал относиться к Ленину без неприязни — скорее как исследователь, чем как враг. Он стал первым некоммунистическим биографом Ленина. Валентинов начал с ранней биографии. Но наиболее интересны личные наблюдения Валентинова о жизни Ленина в эмиграции.

Дмитрий Волкогонов. » Ленин : политический портрет » (1994). Первый том книги Волкогонова охватывает период от рождения Володи Ульянова до большевистского триумфа 1917 года. Том второй включает окружение Ленина: Троцкого, Сталина, Зиновьева и Каменева. По мнению Волкогонова, личная жизнь вождя была сложена в любовный треугольник: Ленин- Крупская — Арманд и была полна трагизма.

Луи Фишер «Жизнь Ленина» (1997). Фишер показывает плюсы и минусы ленинизма, опираясь на открытые источники. Как бывший идейный коммунист, он уделяет большое внимание идеям Ленина, что очень важно для понимания мотивов вождя. Автор упрекает Ленина в том, что он изменял своим принципам, и это не очень справедливо: тактическое маневрирование само по себе не означает отказа от целей, а корректировка целей еще не означает отказа от фундаментальных принципов.

Лев Данилкин. «Ленин: Пантократор солнечных пылинок» (2017). Журналист и критик Лев Данилкин независим и резок в суждениях. Он называет атеиста Ленина византийским эпитетом Христа («Пантократор» — «Вседержитель»). «Я захотел написать биографию, потому что сегодня мало кто понимает, что такое Ленин на самом деле и какова его роль в истории. Несмотря на то, что книг о нем написано бесконечное количество«, — говорил Данилкин. Ленин, представший на страницах книги, — пронизан тайными тревогами, очень зависим от неконтролируемой им ситуации.

Вячеслав Никонов «Ленин. Человек, который изменил все» (2020). В книге – без гнева и пристрастия, – исключительно на документах и воспоминаниях, показан жизненный путь вождя с упором на годы пребывания у руля государства. Не обойдены таинственные и спорные страницы жизни – немецкие деньги, отношения с Арманд, участие в организации террора, отношения со Сталиным и Троцким, секреты «Завещания» и другое.

Мифологический образ Ленина рисует Владимир Маяковский («Владимир Ильич Ленин» (1924). Маяковский и Ленин знали друг о друге как об общественных фигурах (о чем, в частности, пишет и Горький), но не общались лично, в неформальной обстановке. Так что поэма-реквием несет отпечаток именно общественного отношения. Более того: как всегда бывает с произведением очень хорошего поэта — выкристаллизовывает мифический образ Вождя, как он складывается в массовом восприятии.

Борис Лавренёв в повести «Сорок первый» приводит образец этого фольклорного творчества масс, вкладывая его в уста простой аральской рыбачки, ставшей на Гражданской войне безжалостным красным снайпером: » Поставим статуй твой на площадé./ Ты низвергнул дворец тот царский/ И стал ногою на труде». Сходным образом — хотя, разумеется, гораздо искуснее — писали и Есенин, и Клюев. У Маяковского это стихийное чувство обретает законченную литературную форму: «Что он сделал,/ кто он /и откуда — / этот/ самый человечный человек? / Коротка/ и до последних мгновений/ нам/ известна / жизнь Ульянова./ Но долгую жизнь / товарища Ленина /надо писать/ и описывать заново».

Свое представление о вожде Октябрьской революции создает и Александр Солженицын («Ленин в Цюрихе» (1975). В повести о последнем периоде эмиграции Ленина, вошедшей позднее в эпопею «Красное колесо» («Октябрь шестнадцатого», 2007), говорится об отношениях героя с мягкотелым Мартовым, проходимцем Парвусом и особенно — пылкой во всех смыслах революционеркой Арманд. Ленин для Солженицына, говоря знакомым ему языком ГУЛАГа — «пахан»: враг, антагонист, которого невозможно любить, но невозможно не уважать. И следует изучать, как изучают опасного хищника.

Михаил Шатров. «Дальше… Дальше… Дальше!» (1988) Шатров писал пьесы о Ленине тридцать лет, начиная с 1957 года. Как и Маяковский, Шатров сумел выразить «массовое бессознательное» круга, которому принадлежал по рождению — круга сильно прореженной при Сталине высшей советской элиты. И которая сформировала умеренно-либеральные чаяния оттепельной интеллигенции — о «социализме с человеческим лицом» и «возврате к ленинским нормам» — как они их себе хотели представлять.

Обзор книг о Владимире Ленине здесь здесь здесь

Ленин в кинематографе

Отечественное кино, которое именно с ленинской подачи превратилось из ярмарочного промысла в «важнейшее из искусств», создало более пяти десятков портретов вождя мирового пролетариата. Иностранное кино, напротив, избегало личности Ленина. По причине затяжной культурной войны Ильич стал героем – всего лишь пяти зарубежных лент. Большая часть «ленинианы» снята в советские времена и несет на себе мощный идеологический отпечаток.

Но нельзя сказать, что изображение Ленина на экране в постсоветский период – лишено пропагандистских оттенков. Изменился лишь агитационный вектор: советский Ленин – светоч мысли, стратегический гений и коммунистический мессия, постсоветский Ленин – тщеславный бунтарь, корыстный властолюбец и злобный интеллектуал. И в первом, и во втором подходе к экранизации жизни и деяний Ленина правды немного. Но невзирая на это, отдельные режиссеры, сценаристы и актёры сумели передать через ленинский образ нетривиальные и общезначимые идеи.

Первое появление образа Владимира Ильича в игровом кинематографе относится к 1927 году, когда на экраны вышел немой фильм Сергея Эйзенштейна «Октябрь». Ленин в нём предстаёт лишь эпизодически, как символ вождя революции.
Полноценное киновоплощение вождя мирового пролетариата относится к концу 1930-х годов, когда на экраны выходят фильмы «Ленин в Октябре» (1937), «Выборгская сторона» (1938), «Человек с ружьём» (1938), «Великое зарево» (1938), «Ленин в 1918 году» (1939). Общая сюжетная линия этого цикла фильмов — роль Ленина в ключевых событиях 1917–1918 годов.

Подробнее здесь

Стрекалов, И. Ленин в кадре: хроника, сериал, комедия…: в год 155-летия вождя пролетариата вспоминаем тех, кто представлял его образ в кино/ Илья Стрекалов // Родина. — 2025. — № 4. — С. 125-129.

Некоторые актёры, которые воплощали образ Ленина на экране:

• Борис Щукин. Стал первым профессиональным актёром, который воплотил образ Ленина на экране. Его Ленин олицетворял высокое достоинство и гуманизм, был внимательным, энергичным, взаимодействовал с детьми и больше напоминал доброго дедушку.
• Максим Штраух. С 1938 по 1965 годы он шесть раз исполнил роль вождя. По сравнению с манерой Щукина, Ленин Штрауха был более степенным и спокойным.
• Юрий Каюров. Стал рекордсменом по числу ролей Ленина — с 1960 по 1980 годы сыграл вождя 18 раз. С него началось переосмысление образа, отхождение от установленного эталона.
• Андрей Мягков. В первый раз он исполнил роль в 1973 году в фильме «Надежда» о детстве и юности Надежды Крупской. Так Мягков открыл Ленина как лирического героя.
• Виктор Сухоруков. Представил одну из самых радикальных деконструкций образа Ленина в кино после краха СССР. В 1992 году он снялся в «Комедии строгого режима», где исполнил роль зэка, сыгравшего вождя в спектакле и неожиданно обнаружившего своё духовное родство с ним.
• Кардинальному реформированию известный образ подвергся в кинокартине Александра Сокурова «Телец» (2000). Вершитель революции в исполнении Леонида Мозгового уже не жив, но ещё и не мёртв. При этом он пытается продолжить управление миром, который придумал и начал создавать.

Документальное кино: что посмотреть:

• «Ленин за 22 минуты» Бесплатная образовательная медиатека-лекторий «Достоевский» выпускает короткие видео, в которых рассказывается о разных политических событиях и фигурах. В ролике «Ленин за 22 минуты» авторы исследовали личность революционера и историю его жизни — с момента рождения до смерти.
• «Как Ленин от демократии перешел к диктатуре» Историк Александр Шубин объясняет, как Ленин стал лидером большевиков, возглавил революцию, как учился управлять страной и как менялись его представления о коммунизме.

Идеи Ленина оказались настолько масштабными, что споры о его личности не прекращаются по сей день. Долгое время после развала Советского Союза В.И.Ленин был исключен из общественных разговоров и даже осуждаем. Это было как будто модно – лишний раз посмеяться над дедушкой Лениным и его «утопическим» идеями. Но сейчас, особенно после начала специальной военной операции, личность и историческая роль Владимира Ильича постепенно реабилитируется.

Сегодня Россия находится в процессе самопознания, построения своих идей и ценностей, которые опираются на великое прошлое. Владимир Ильич Ленин – создатель партии большевиков, предводитель Октябрьской революции 1917 года, автор тысяч публицистических и научных статей, а также основатель первого в мире социалистического государства – СССР, наследием которого мы пользуемся до сих пор. У каждого за миновавшие сто лет поколения был «свой Ленин».

20 марта исполняется 120 лет со дня рождения Веры Федоровны Пановой (1905-1973). «Первая вне всякого сравнения писательница Советского Союза«, — говорил о ней Корней Чуковский. Она написала десятки романов, повестей и пьес в жанре социалистического реализма. Ее жизнь, жизнь известной советской писательницы, лауреата трех Сталинских премий, но при этом жены врага народа, и сама похожа на роман: здесь есть драма, любовь до гроба, нищета и богатство, позор и признание, — впору кино снимать. Пьесы Пановой ставили выдающиеся театральные режиссёры — Ю.А. Завадский, А.Д. Попов, Н.П. Охлопков, Г.А. Товстоногов. Фильмы, поставленные по произведениям Веры Пановой (а было снято 14 фильмов), получили мировое признание.

Биография Веры Федоровны Пановой здесь здесь здесь
«Ничто любимое не может быть обузой»: Вера Панова (1905-1973): информационный буклет /составитель О.Б.Шакирова. — Миасс, МКУ ЦБС, 2025. — 2 с. — Текст: электронный.

Цепкая память Веры Пановой сохранила мельчайшие подробности прошедших эпох, (именно эпох, а не эпохи): цвета, запахи, предметный мир, звуки, старинные говоры, анекдоты, специфические выражения. Гимназия, обыватель, домовладелец, уплотнение, совдеп, пролетариат, буржуазия, белогвардеец, контрреволюция, барахолка, коммуналки, карточки. Многообразие характеров, лиц, имен, судеб, голосов. В ее портретной галерее спокойные, благостные лики бабушек и дедушек сменяются аффектированными личинами времен авангардизма, потом лица обретают плакатную чеканность и строгость. Сумбур революции и гражданской войны, безумие тридцатых, лихолетье Отечественной. В конце жизни она с мельчайшими подробностями воспроизвела все это в повести «Мое и только мое». Повесть вышла в 1975 году, уже после смерти писательницы и со значительными купюрами.

Репрессии вошли в ее жизнь в 1934 году, когда ее второго мужа, Бориса Вахтина , обвинили в троцкизме и уволили из газеты «Молот». Произведения Бориса Вахтина и Веры Вельтман (юношеский псевдоним Пановой) были целиком изъяты из общих фондов ростовских библиотек согласно приказу Ростовского Облкрайлита № 2 за 1941 год.

Война застала В.Ф. Панову в городе Пушкин под Ленинградом, где она жила с дочерью Наташей. К этому времени Вера Федоровна уже начинающий автор, чьи пьесы ставят в театре имени Моссовета и ленинградском театре имени А.С. Пушкина. Но на Украине, в деревне Шишаки Полтавской области, у родственников первого мужа (Арсения Старосельского) , оставалась её семья — две бабушки с малолетними сыновьями. В ее жизнь вошли грохот канонады, разбитый снарядом рояль, смерти кругом (однажды ей пришлось голыми руками вытаскивать железный осколок из живота прохожего, раненного на ее глазах), страх за дочь, которая рядом, и еще больший страх неизвестности за маму и сыновей. Проснуться утром, вспомнить: в городе немцы, чужие, враги, всесильные над тобой, и деваться тебе некуда, и негде искать защиты. Каждый день испытывал на прочность, на силу воли. «Она такая маленькая была, с аккуратной прической, — вспоминал писатель Валерий Попов, — но от нее какая-то сила шла. Чувствовалось, что в ней есть ядро«.

Шишаки быстро оказались под немцами. А в конце сентября враг, прорвав линию фронта, вошёл уже в Пушкин. Собрав практически всех беженцев в один эваколагерь, немцы решили погнать женщин с детьми пешком в Гдов и Псков. Панова понимала, что вряд ли осилит весь путь. Неразбериха позволила ей затесаться в ряды прибалтийцев и уехать с ними на автобусе в Нарву, где беженцев бросили в местную синагогу. Здесь был фильтрационный пункт, устроенный немцами в синагоге в Нарве, где Вера с 16-летней дочкой на полу жили беженцами, но где несчастные, завшивленные люди хором красиво пели «Вдоль по улице метелица метет…». Эти события станут потом основой для ее известной пьесы «Метелица». И на театральной премьере в 1960-х она будет отчаянно ждать, что кто-то из тех, кто пел, сидит сейчас в этом зале.

А потом была долгая дорога до Шишаков. В середине сентября 1943 года к Шишакам вплотную подошли наши части. Немцы сильно занервничали. «Александра Яковлевна, дорогая! – сообщала Панова сразу после освобождения Шишаков своей приятельнице, детскому драматургу Брунштейн. – Всё видела своими глазами, написать есть о чём. Наш район выжжен, много людей перебито. В некоторых пунктах немцы жгли людей живьём, давили танками, травили газами. Мы – почти всё село – бежали в лес и жили там до прихода наших. Ну, это всё потом. Наши пришли 22 сентября, а сегодня у нас начала работать почта, и я спешу написать всем«.

В 1944-м Арсений Старосельский, который к тому времени был на Урале, оформил всем Пановым вызов в Молотов (сейчас это город Пермь) и потом даже помог своей первой жене устроиться на работу в железнодорожную газету»«Сталинская путёвка».

«Семья Пирожковых«
В Молотове была проблема обустройства эвакуированных детей, оставшихся без родителей. Областная газета «Звезда» очень хотела, чтобы Панова написала для них на эту тему очерк. Взявшись за сбор материала, она обнаружила одну знаменательную черту. «Наиболее стремились получить ребёнка на воспитание те люди, – вспоминала потом писательница, – у которых было много детей. Помню одного милиционера и его жену, у них было трое собственных детей, жили они в коммунальной квартире, а между тем – как они добивались получить из детдома ещё одного ребёнка. Им отказывали, ссылаясь на неважное их устройство, а они продолжали, что называется, обивать пороги учреждений, пока не добились своего. Помню, как гордо они уводили из детдома сиротку-девочку, держа её за руки, как жена милиционера строила планы, как она оденет девочку (свои дети у неё были мальчики). Всё увиденное показалось мне так важно, что захотелось написать не очерк, а повесть, хотя бы совсем маленькую».

Сначала повесть называлась «Семья Пирожковых» — по фамилии того самого многодетного милиционера из пермской коммуналки. Текст напечатали в журнале «Прикамье», на читку собрался весь коллектив редакции, набившись в маленькую комнатку. Здесь Вера Панова впервые увидела реакцию слушателей: равнодушных глаз не было.

После демобилизации с фронтов Гражданской войны молодой рабочий Евдоким Чернышев решает жениться, мечтая о большой семье. Его напарник старик Авдеев, не откладывая дела в дальний угол, знакомит положительного Евдокима со своей дочерью, Евдокией. Сама судьба свела: даже зовут невесту так же, именно с нею должен он свить своё заветное гнездо. Однако после скорой женитьбы страшное известие свалилось на голову Евдокима: не будет у его ясной красавицы жены детей: нагрешила в ранней молодости, да еще и с иноверцем – татарином Ахметкой. Но дети появились, один за другим, целых пятеро, правда, трое совсем чужих и двое сирот-племянников. Приемные малыши. Подобранный на улице Андрей. Подброшенный на крыльцо Сашка. Дружные дети, работящие, любящие своих родителей.

Спустя годы писательница поняла, что главное драматическое лицо в её повести – не милиционер Пирожков, а Евдокия. Поэтому, когда Татьяна Лиознова взялась за экранизацию, Панова настояла, чтоб фильм получил другое название: «Евдокия».

«Спутники«
После успеха «Семьи Пирожковых» Пановой в декабре 1944 года предложили отправиться на военно-санитарном поезде № 312 на фронт за ранеными. В Главсанупре хотели, чтобы об их передовом госпитале на колёсах появилась брошюра. Четыре месяца В.Ф.Панова провела в санитарном поезде. В итоге была издана брошюра «Новое в работе военно-санитарного поезда № 312«, которая вышла под именем майора медицинской службы Н. П. Даничева. Брошюра была для служебного пользования, все люди и факты в ней реальны. А позднее, уже под своим именем, Панова написала первую часть повести «Санитарный поезд«. В журнале «Знамя» повесть появилась в 1946 году. А через год писательнице дали за неё Сталинскую премию первой степени.

Книга была представлена на пленуме Союза советских писателей в Москве и очень понравилась слушателям. Поэт и общественный деятель Николай Тихонов отмечал: «В. Панова несомненно талантлива. У неё уверенный голос, ясное повествование, она знает своих героев и любит их«. Вторую часть Панова написала чуть ли не в один присест. В процессе работы появилось и новое название: «Спутники».

Первые дни войны. Иван Егорыч Данилов назначен комиссаром санитарного поезда. Правда поезд ещё не готов и команду он должен сформировать с нуля. И он ищет и формирует так, что совершенно разные, не похожие ни чем люди становятся единой сплочённой командой. «Мы должны быть ангелы. Херувимы и серафимы, да. Мы — братья и сёстры милосердия», — говорит комиссар. Эта повесть — о том, как спасали и как жили врачи, санитарки, медсёстры и те, чей повседневный подвиг вообще мало кто замечает — технический персонал. Для раненых они действительно стали херувимами и серафимами. Всё, что описано в книге, мало чем отличается от реалий Военно-санитарного поезда 312. Вера Панова по очереди освещает каждого героя ярким прожектором, они вспыхивают – и уступают место другим. Они становятся живыми под авторским пером, их много, второстепенных и эпизодических, они лечат и страдают от ран, теряют близких и получают награды. Их начинаешь воспринимать почти как родных…

Они оказались спутниками на той дороге, которую указала им самая страшная война, – комиссар Иван Данилов, начальник санитарного поезда доктор Белов, хирургическая медсестра Юлия Дмитриевна, санитарка Лена, прибившаяся к поезду девочка-подросток Васька и все те, кто выполнял подвиг милосердия в лишившемся милосердия мире. Те, кто запасался лекарствами, стирал постельное бельё, готовил еду для раненых и бегал на перрон купить им малины. Те, кто кидал уголь в топку паровоза, налаживал электричество, устанавливал радиоточку в перевязочной, кормил поросят и кур в приспособленном вагоне. 75 человек персонала — спутников, которые за четыре военные года совершили 53 рейса, вывезя в тыл 24625 раненых.

О повести «Спутники» здесь здесь

Повесть «Спутники» экранизирована трижды. В 1965 году вышла снятая на киностудии «Ленфильм» картина «Поезд милосердия«. Но она не так известна, как четырёхсерийный телефильм «На всю оставшуюся жизнь…», поставленный знаменитым в будущем театральным режиссёром Петром Фоменко и показанный в 1975 году. Этот телесериал помнят в том числе и по прекрасной, глубоко трогающей душу песне, строчка из которой дала название всему фильму. Текст писали режиссёр Пётр Фоменко и сценарист Борис Вахтин, сын Веры Пановой, музыку сочинил замечательный композитор Вениамин Баснер.

Песня «На всю оставшуюся жизнь » — здесь

В 2015 году вышел фильм » Спутники». Режиссер сериала Иван Шурховецкий, автор сценария Наталья Назарова. Авторы, в попытках по-новому взглянуть на события советской истории сместили акценты. Поэтому в чистой и светлой истории Веры Пановой появились сексуально озабоченная героиня, кровавые энкведешники; стукача-карьериста, который к тому же насильник, вор и мародер, старый врач-либерал, обличающий проклятый советский тоталитаризм и т.п. Успеха этот сериал не имел.

Могла ли вдова расстрелянного троцкиста подумать о том, что за повесть «Спутники» ее наградят в 1947 году Сталинской премией, да еще и первой степени? Премия была высшей государственной наградой СССР, выше некуда. Первая степень кроме почета давала денег — 100 000 рублей, важную красную «корочку» и бесплатный проезд. Сталинских премий Вера Федоровна получит еще две: в 1948-м за роман «Кружилиха», в 1950-м за повесть «Ясный берег».

«Кружилиха»
Идея написать роман из жизни Мотовилихинского завода возникла у Пановой еще в Молотове. Но вплотную за реализацию этого замысла она взялась уже после переезда в Ленинград. У этой книги непростая судьба. Все первые отзывы в прессе были сплошь негативными. Правда, печатно критики ругали романистку не за художественную беспомощность, а за нечёткость в идейных позициях. Спас романистку от возможных оргвыводов лично Сталин, подписав в 1949 году указ о присуждении ей за «Кружилиху» очередной Сталинской премии.

Действие происходит в последние месяцы Великой Отечественной войны и в первые послевоенные месяцы на крупном уральском оборонном заводе. Война свела на Кружилихе, так называется завод, людей очень разных, но их объединяет стремление помочь фронту, сделать всё для победы. В основе сюжета лежат производственные дела, но не только они — в романе довольно много личной жизни, внутреннего мира разных людей, быта. Главная тема — стремление главного героя, директора завода Листопада, выполнить производственные задачи и совместить их со своими личными целями в жизни. Герои в романе отнюдь не идеальны: они сомневаются, совершают ошибки. В произведении нет абсолютно безупречного человека, которого можно было бы сделать однозначным героем повествования и образцом для всех прочих. На страницах произведения затронута и тема стахановства. Вера Панова переосмыслила ситуацию, наглядно доказав, как быстро выгорают работники, стремящиеся беспрерывно увеличивать количество сделанного.

О романе «Кружилиха» здесь здесь здесь

«Сережа»
В 40 лет Вера Федоровна стала, как и мечтала, профессиональным литератором. Вообще за свои 67 лет она написала 6 романов и 6 повестей, 12 пьес, 10 сценариев. Но, как это иногда бывает, самым большим ее произведением стала маленькая детская повесть «Сережа», оставшаяся без официальных наград. Первым эту вещь напечатал в 1955 году в «Новом мире» Константин Симонов.

«Вы написали классическую книгу, которая рано или поздно создаст Вам всемирное имя, – писал Пановой после прочтения повести Корней Чуковский. – Не сомневаюсь, что её переведут на все языки, дело не только в том, что впервые в истории русской литературы центральным героем поставлен шестилетний ребёнок, но и в том, что сама эта повесть классически стройна, гармонична, выдержана во всех своих – очень строгих! – (подлинно классических) пропорциях. Это-то и восхищает меня больше всего, – дивная соразмерность частей, подчинённость всех образов и красок единому целому, та самая, что чарует нас в пушкинской и чеховской прозе. Для меня точно так же классичны и «Спутники«.

Повесть адресована в первую очередь взрослым. Несмотря на то, что главный герой книги — 5-летний мальчик, она рассказывает о том, как ребёнок познаёт мир, в нём много непонятного и пугающего. Вера Панова использует метод контраста. Благодаря ему читатель может видеть одну и ту же ситуацию глазами и ребёнка, и взрослого. То, что для старших персонажей «Серёжи» является обыденностью (улицы, дворы, домашние животные), у главного героя вызывает «восторг первооткрывателя».

Ключевой конфликт повести — отъезд семьи на новое место работы отчима в Холмогоры. Мама, Коростелёв и младший брат уезжают, а Серёжу, слабенького после болезни, оставляют. Ощущение отверженности и беспомощности перед чужой волей меняет Серёжу: он становится молчаливым, перестаёт задавать вопросы. Вера Панова не подталкивает читателей ни к каким выводам и не подводит морали. Она приглашает вместе с Серёжей взглянуть на многие вещи глазами ребёнка.

Впоследствии бывший архитектор Георгий Данелия и театральный режиссёр Игорь Таланкин сняли по повести «Серёжа» художественный фильм, который в июле 1960 года получил на Двенадцатом Международном кинофестивале в Карловых Варах главную премию – Хрустальный глобус. Для Георгия Данелии с экранизации повести Пановой началась блистательная режиссёрская карьера. Этому поспособствовала сама писательница, выбравшая для постановки молодого выпускника режиссёрских курсов, а не маститых специалистов.

О повести «Сережа» здесь здесь здесь

С возрастом Вера Федоровна, подобно многим писателям, обратилась к историческому жанру: написала исторические повести «Сказания об Ольге» — о первой русской правительнице, «Сказания о Феодосии» — о Киевской Руси, «Кто умирает» — о конце царствования Василия III и ряд других. Как ни удивительно, несмотря на содержательность и прекрасный слог, исторические сочинения Веры Пановой сейчас мало известны, к сожалению.

В памяти читателей Вера Панова осталась еще и как персонаж историй Сергея Довлатова . Лев Лурье , литературный критик и общественный деятель: «Довлатов прекрасно знал Панову. В конце 60-х он работал у неё литературным секретарем. Со страниц прозы Довлатова Панова предстает воплощением абсолютной нормы. О ней не было сказано ни одного дурного слова. Она единственный положительный персонаж в прозе Довлатова. Такой уж она была человек«.

В. Ф. Панова была советской писательницей, чье творчество специалисты относят к направлению соцреализма. Но в отличие от многих своих современников, она не вмешивалась в политику. Ей были интересны люди, а не большие свершения. Книги Веры Федоровны — значимый элемент в причудливой мозаике нашего прошлого, помогающие увидеть его в многоцветной целостности, а не сквозь черные или розовые очки добросовестных и не добросовестных интерпретаторов.

О творчестве В.Ф.Пановой здесь