12 (24) июля 2026 года исполнится 200 лет со дня рождения легендарного собирателя русских сказок, этнографа, историка Александра Николаевича Афанасьева. Именно благодаря ему широкая публика узнала о существовании, например, Бабы Яги и Кощея Бессмертного, Жар-птицы и Крошечки-Хаврошечки, Марьи Моревны…
Он собирал фольклор в российской глубинке, обрабатывал и выпускал в народ. Его собрания русских сказок, а их за восемь лет в нескольких изданиях вышло шестьсот и сейчас популярны у читателей.
«Шестьсот сказок — не сочиненных на манер народных и не переделанных на литературный манер — шестьсот подлинных народных сказок принёс в своих сундуках Афанасьев»,- писал в книге «А рассказать тебе сказку» литературовед, автор научно-популярных и биографических книг Владимир Порудоминский.
Попытки издавать русские сказки предпринимались и до, и после Афанасьева. А сами сказки копились и переживали эволюцию в народном сознании. Но именно Александр Николаевич стал первым серьёзным исследователем, издавшим русский фольклор наиболее полно. Тот вариант сказок, что в середине 19 века зафиксировал этот историк, мы теперь считаем каноническим.
Увлечение русским фольклором – это из детства в Воронежской губернии. В городе Богучаре Александр родился, но детство и юность провёл в Боброве. Мать умерла рано, и отец один растил семерых детишек. Отец любил чтение и постоянно выписывал лучшие журналы. Родитель домой нанимал педагогов. Няня ребят, простая деревенская женщина, развлекала их сказаниями. Мальчик Саша сказки запоминал и представлял себя их героем.
В 1855 году Александр Николаевич приступил к делу всей своей жизни — изданию русских народных сказок. Это был первый опыт научного издания русских сказок с комментариями. Сбор, отбор и просеивание фольклорного материала велись долгое время. Знакомясь со сказками, изданными Афанасьевым, иногда можно угадать в них то, что связано с творчеством русских писателей: Аксакова, Пушкина, Ершова.
Иван Тургенев писал Афанасию Фету: «Литературные заслуги его будут помниться, когда наши с вами давно уже покроются мраком забвения». Так всё и вышло. Сказки читают наши дети и внуки, но и Тургенева с Фетом тоже помним.
230 лет назад родился человек, который сумел превратить металл в искусство, а металлургию — в точную науку. Павел Петрович Аносов — историческая личность отечественной металлургии, чьи исследования и изобретения не просто опередили своё время, но и заложили фундамент для многих современных металлургических процессов. Его имя прочно связано с возрождением секрета булатной стали, а его новаторские методы — от микроскопического анализа структуры металла до обработки холодом — сегодня воспринимаются как очевидные этапы научной работы.
В честь 230‑летия со дня рождения Аносова вспомним о его пути, проследим ключевые вехи биографии Аносова и разберём, какие из его разработок продолжают жить в современной промышленности.
Павел Петрович Аносов – историческая личность отечественной металлургии. Его исследования и изобретения опередили время и легли в основу многих современных металлургических процессов.
Мы собрали интересные факты, которые помогут вам более полно представить себе, как прожил жизнь этот учёный и… просто человек.
Интересные факты:
Точная дата рождения Павла Аносова была определена только на рубеже 21 века. Всегда велись споры, родился ли он в 1797 или 1799 годах. Тверские архивисты (Тверь – родина металлурга) нашли, наконец, метрические книги, где зафиксирована дата рождения будущего учёного – 29 июня 1796 года.
С 13 лет, оставшись сиротой, вместе с братом, который быстро умер, и двумя сёстрами, Аносов воспитывался в доме своего деда – горного чиновника и механика Камских заводов.
Павел Петрович получил блестящее образование в Петербургском горном кадетском корпусе – первом высшем техническом учебном заведении России. В вузе отмечали необыкновенную склонность Павла к наукам, особенно к математике.
В 1817 году он был отправлен на практику, на оружейную фабрику при Златоустовских казённых заводах, взяв попечительство над обеими своими младшими сёстрами. Одна из них вскоре вышла замуж, а вторая так и оставалась жить с Павлом до самой его кончины.
30 лет жизни отдал Аносов оружейной фабрике, где прошёл путь от практиканта до директора. В 1824 году Павел Петрович стал управляющим фабрикой, а с 1831 года её директором и начальником Златоустовского горного округа. За время своей работы на Златоустовских казённых заводах он ввёл столь щадящие нормы выработки, о которых рабочим частных заводов в те времена оставалось только мечтать.
С 1847 по 1851 год Аносов – начальник Алтайских горных заводов и Томский гражданский губернатор. Стиль работы Аносова-администратора отличался не меньшей аккуратностью и скрупулёзностью, чем работы Аносова-учёного, исследователя и практика.
Аносов провёл много исследований в области металлургии, разработав новые способы обогащения руды и получения металлов. Опытам учёного «удивлялась вся Европа» — так говорили современники. «Многие его открытия опередили время!» – говорят сейчас.
На основе его успешных опытов по извлечению золота из песков пирометаллургическим путём, которые в то время никто не смог повторить, в будущем были усовершенствованы процессы рафинирования цветных металлов.
Огромное личное обаяние Павла Петровича, поэтичность натуры, понимание природы – всё это притягивало в Златоуст в те времена многих и многих образованных и интересных людей, желающих пообщаться со знаменитостью. Здесь побывали всемирно известный естествоиспытатель и путешественник А. фон Гумбольдт, действительный член Российской академии наук А.Я. Купфер, поэт В.А. Жуковский, основатель отечественной статистики К.И. Арсеньев и другие.
Умер Павел Петрович Аносов в 1851 году в возрасте 55 лет, но об особом отношении к нему говорил даже доклад министра финансов о пособии его семейству. Согласно Горному уставу, вдове была назначена пожизненная пенсия, равная 2/3 жалованья мужа, а также единовременное пособие в полный оклад «такового жалованья».
Почти все дети Павла Петровича получили образование за казённый счёт, многие из них впоследствии стали прекрасными инженерами и предпринимателями.
Список литературы:
Виргинский, В.С. Творцы новой техники в крепостной России: очерки жизни и деятельности выдающихся русских изобретателей XVIII — первой половины XIX в. / В.С. Виргинский. — Москва: Учпедгиз, 1962. — 407 с.
Гуревич, Ю. Г. Загадка булатного узора / Ю. Г. Гуревич. — Москва: Знание, 1985. — 192 с.
Гуревич, Ю. Г. Златоустовская сталь / Ю.Г. Гуревич. — Екатеринбург: Уральский университет, 2002. — 360 с.
Гуревич, Ю. Тайна Крылатого коня / Ю. Гуревич. – Челябинск: Южно-Уральское книжное издательство, 1980. — 192 с.
Пешкин, И.С. Павел Петрович Аносов: биографическая повесть / И.С. Пешкин. — Москва: Молодая гвардия, 1954. — 360 с.
Пешкин, И.С. Аносов: биографическая повесть о великом русском металлурге и основоположнике качественной металлургии; геологе; механике, изобретателе и конструкторе; организаторе горнозаводского дела на Урале; корпуса горных инженеров генерал-майоре П.П. Аносове / И.С. Пешкин. – Челябинск: Южно-Уральское книжное издательство, 1987. – 207 с.
Секреты мастеров Златоуста: искусство уральских оружейников XIX — XXI веков. — Москва: Вече, 2018. — 152 с.
Козлов, А.В. Аносов Павел Петрович / А.В. Козлов, Н.А. Косиков // Челябинская область: энциклопедия. — Челябинск, 2003. — Т. 1. — С. 139 — 140.
Морозов, В. Почему не плавился «золотистый чугун» Аносова?: опыты по плавке чугуна в Миасском заводе в 1837 г. / В. Морозов. — Текст: непосредственный // Миасский рабочий. — 1980. — 11 октября. — № 199. — С. 2-3.
Сафин, Р. Отец русского булата. Как Павел Аносов раскрыл секрет чудо – стали / Р.Сафин // Аргументы и факты. — 2024. — 15 августа. – С.11.
В работе использованы фотографии с электронных ресурсов: Аносов П.П. — Текст: электронный // Яндекс картинки: [сайт]. — URL: Павел Петрович Аносов. — (дата обращения: 03.07.2026).
Она была в сердце и рядом с уральским писателем Василием Ганибесовым и в армии, и в тайге
В краеведческом музее Миасса имеются любопытные материалы, посвящённые жизни и творчеству советского писателя Василия Ганибесова, автора довольно известных в 30 —х годах прошлого столетия произведений «Эскадрон комиссаров» и «Старатели».
Не забыт
Культурная общественность города вспоминала о нём нередко, в том числе и в начале нулевых годов, когда со дня рождения литератора минуло 100 лет. Тогда в музее была представлена солидная экспозиция, посвящённая несгибаемому комиссару в жизни и литературе, горячему патриоту и несломленному борцу за народное благо, за Родину.
Там же в музее прошла интересная встреча с ребятами из школы №17, которые вместе с учителем литературы Татьяной Баязитовой занимались поиском сведений о писателе-земляке. Также присутствовали родственники Ганибесова из Миасса и Златоуста и его первый биограф Любовь Гендрикова.
Комиссар во всём
Василий Ганибесов родился в Миасском заводе, как тогда называли город в Золотой долине, в многодетной, материально бедствующей семье смолокура. Подростком начал работать на оружейной фабрике в Златоусте, куда его отвёз отец в надежде, что старший сын поможет поднять младших детей. Смышлёный и расторопный паренёк примкнул к революционно настроенным рабочим, участвовал в митингах и забастовках. После революции создал в Миассе ячейку союза рабочей молодёжи, стал её председателем. В Гражданскую в захваченном белогвардейцами городе вёл подпольную работу, сидел в тюрьме. После окончательного установления советской власти Василий – в Челябинске, заведует биржей труда. Здесь он вступает в партию большевиков и по её мобилизации едет в Баку служить в Красной Армии. После контузии, полученной при подавлении антисоветского мятежа, работал политруком в разных частях, был комиссаром кавалерийского эскадрона. Далее – политработа, журналистская и писательская деятельность в Ленинграде, партийная учеба в Москве.
Василий Ганибесов
В числе двадцатипятитысячников, призванных компартией помочь в решении самых жгучих проблем регионов, Ганибесов на четыре года уехал в Забайкалье, работал парторгом на золотом прииске. Постоянно приходилось вести борьбу с японо-китайскими диверсантами, стремившимися сорвать золотодобычу, отравившими много местных детей, в том числе его единственного сына. Затем трудился в Читинском облисполкоме, работал над романом «Старатели», другими произведениями.
В Великую Отечественную Ганибесов служил батальонным комиссаром, военкором, в окружении получил тяжёлые ранения и попал в плен. Теряя последние силы, не имея надежды на спасение, терпя неимоверные пытки за агитацию, поддерживал заключенных твердой верой в Победу Красной Армии. Жизнь его оборвалась в фашистском концлагере в Нюрнберге в 1943 году, был ему 41 год.
С молодости, рядом с Василием «и в радости, и в горе», на трудных жизненных этапах (в армии, тайге), на сложных перепутьях партийно-политической работы была его жена Зоя, оказывавшая ему огромную поддержку во всём…
«Любимая, родная…»
В представленной тогда в музее литературно-биографической экспозиции значительное место отводилось документам, связанным с женой Ганибесова Зоей Ивановной. В жизни самого писателя, а затем и в непростой работе его биографов она сыграла весьма примечательную роль. Судя по письмам молодого красноармейца, Зоя была не просто его большой и единственной любовью, но и явно и незримо присутствовала рядом во всех сложностях его армейской, а затем партийной работы. Когда не имела возможности быть с ним, то своими письмами поддерживала его дух, добавляла стойкости и терпения. В обстоятельных посланиях к жене будущий писатель наряду с горячими признаниями в любви дает подробнейшие отчеты о всех своих делах, быте, состоянии здоровья.
Василий и Зоя Ганибесовы горячо и преданно любили друг друга
Зоя стала его женой в 1921 году, когда Ганибесову было 19 лет. Красивая, худенькая девушка из семьи потомственных портных поразила его скромностью, тягой к знаниям, глубиной чувств. А ещё ему, ненавидевшем богатых, понравилось, что его возлюбленная из трудового сословия.
Зоя Ивановна отправилась к мужу (тогда политруку батареи), как только маленький сынишка Аполлон готов был перенести многодневный и трудный переезд. До этого муж отправлял ей большую часть своего жалованья, сам обходился малым, питаясь в основном в гарнизонной столовой. Когда же случались перебои с выплатой солдатского довольствия, она шила на заказ и содержала семью.
«Я всё время помню нынешнюю зиму. И меня в ней омрачало только то, что ты много работала и иногда жалела, что не осталась на Урале. Но я помню, что ты сейчас же подходила ко мне и любящими глазами смотрела мне в глаза. Я видел, Зоя, что ты меня тоже любишь. Родная, никто никогда тебя так любить и уважать не будет, как я», — писал Ганибесов в одном из писем.
Семья Ганибесовых, в центре – сын Апполлон
Иногда из-за резкого ухудшения здоровья, своего или сына, Зоя на время уезжала в Миасс, к родным. Но, как только состояние улучшалось, немедленно возвращалась к мужу. В её отсутствие он сильно скучал, продолжал в мыслях быть рядом, общаться в письмах, которые ждал и писал с неизбывной силой любви. Как раз об этом его восклицания. «Ты самая верная, родная, в тебе заключается все мое счастье, радость, горе, тоска и надежды». «Ты не только моя жена, ты – мой товарищ, мой лучший друг». «Встаю с тобой в мыслях, работаю для тебя, отдыхаю с тобой». «Все существо моё связано с тобою, я люблю тебя больше всей жизни, без тебя мне жизнь кажется бессмысленной. Я коммунист. Но я не стыжусь своей любви, ибо я не волен в ней». «Лоночка меня радует, ведь это плод нашей святой, чистой, без всякого городского разврата, ревности, клеветы – любви». «Во мне будь совершенно уверена, я тебе не изменю ни в коем случае. Женщины, будь они красивее тебя во много раз, меня не интересуют. Они мне чужие. Потому, что Лоночка, мой сын, — не у них, а у тебя, которую я люблю бессознательно».
Справедливости ради следует сказать, что непростая судьба военного (девять лет службы, с переездами) неоднократно испытывала их чувства – были обиды, подозрения, недоверие. Случались и длительные разлуки, а также и разрывы, но короткие. Взаимное притяжение всегда оказывалось сильнее. К слову, этому немало фактов можно найти в биографической книге «Горнило», написанной внучатой племянницей Ганибесова Ульяной Штыковой. Она взяла за основу переписку между Василием и Зоей, сохранившуюся благодаря её отцу и деду (младшему брату писателя-коммуниста), изучила музейные материалы.
Красивая сердцем
Фотографии на стендах и рассказы участников литературных чтений рисовали образ красивой, энергичной, волевой и одновременно добросердечной, мягкой и приветливой женщины.
Она без особых возражений последовала за мужем из Ленинграда, где успешно складывалась его политическая работа, литературно-общественная карьера, в Забайкалье, куда Ганибесова направили парторгом на приграничный золотой прииск, оказавшийся в эпицентре локальных военных столкновений и нападений обычных бандитов, жаждущих «поживиться золотишком» (этот период послужил материалом для романа «Старатели»).
В книге челябинского литературоведа Л. Шепелевой «Писатель-патриот» приводятся следующие воспоминания Зои Ивановны: «Мы жили в тайге, в зоне вечной мерзлоты. Обстановка была очень напряжённая. Постоянно приходилось вести борьбу с японскими диверсантами и остатками белогвардейских банд. Часто среди ночи объявлялась боевая тревога. Ганибесов вскакивает, снимает винтовку и во главе вооруженного отряда преследует бандитов, которые алчно старались захватить золото. Неоднократно были покушения на жизнь парторга. Однажды пришло к нам в дом страшное горе. Мы потеряли единственного сына, одиннадцатилетнего мальчика. Вредители заразили речку Унду стойкой дизентерийной палочкой. Дети, в том числе наш мальчик, искупались в Унде и напились воды. Мы сделали все, чтобы спасти сына. Но все было напрасно. Всего за две недели схоронили на прииске 380 детей. Потом заражали скот сибирской язвой. Василий Петрович поднял на ноги всю округу, чтобы разыскать вредителей»…
Зоя Ивановна, намного пережившая мужа, оказала неоценимую помощь миасской учительнице Любови Шендрик и её ученикам в сборе материалов о Василии Ганибесове.
— Поиском сведений о нашем талантливом и мужественном земляке, зверски замученном в лагере смерти в Нюрберге, — рассказывала автору этих строк Любовь Владимировна, — мы занялись в конце 60-х годов. Списались с его вдовой Зоей Ивановной, жившей в Ленинграде, городе, где Василий Петрович редактировал окружную газету, журнал красноармейских литераторов «Залп», создавал свои произведения, вступил в Союз писателей. Она встретила нас в аэропорту, помогла устроиться в гостинице, позаботилась об экскурсиях по городу, в музеи, о билетах в театры, а, главное, предоставила ценнейший библиографический материал. Организовала встречу в Доме литераторов с писателями, хорошо знавшими её мужа. Перед отъездом пригласила к себе домой на чаепитие.
Зоя Ивановна не раз приезжала на свою малую родину – в Миасс. Останавливалась как у своих родных, так и у родственников мужа, которые все любили её, восхищались ею. С удовольствием по просьбе учителей рассказывала на классных часах о Василии Петровиче, участвовала в подготовке программы о нём на челябинском телевидении, хлопотала об издании его книг на Южном Урале.
Дом в Миассе на ул. Больничная,52, с мемориальной доской, где прошли детство и юность писателя-коммуниста
О ней, скоропостижно умершей и похороненной в Миассе, сохранились очень добрые и светлые воспоминания. Иные из них переросли в легенды, ставшие достоянием многих миасских семей.
Наряду с редким обаянием и внешней привлекательностью Зоя Ивановна удивляла природной живостью ума, огромным доброжелательством, готовностью услужить, поддержать делом и словом. В её ленинградской квартире останавливались приезжавшие в город на Неве миасские учителя. Прекрасная портниха и модельер, она щедро одаривала родственников и знакомых своими изделиями. Когда тяжело заболела, до последнего момента старалась не быть кому-либо обузой, умирая, передала сбережения племяннице на свои похороны и поминки.
Несмотря на многочисленные предложения руки и сердца, она не выходила больше замуж, считая свою любовь к Ганибесову неизбывной и неповторимой. Хотя бы в чем-то похожего мужчину, способного любить её так же, как Василий Петрович, она не встретила.
Первоисточник: Еремин В.Г. Зоя – любовь комиссара // Челябинский рабочий.- 2002. — 28 марта. — С.3
8 июля в России отмечается праздник – День семьи, любви и верности. История этого дня тесно связана с почитанием православных святых – Петра и ФевронииМуромских, чей брак стал символом супружеской верности, взаимной любви и семейного благополучия.
Празднование дня Петра и Феврониишироко распространилось в 90-е годы в Муроме, где хранятся мощи святых. С 2008 года праздник получил современное название – День семьи, любви и верности. Символично, что впервые он отмечался в 2008 году, который был объявлен годом семьи.
Официально праздник установлен Указом № 411 от 28 июня 2022 года Президента России Владимира Путина «в целях сохранения традиционных семейных ценностей и духовно-нравственного воспитания детей и молодёжи».
Ромашка стала символом праздника, потому что это простой, нежный и очень узнаваемый полевой цветок, который в русской традиции связывают с чистотой, искренностью, любовью и верностью. Ромашки как раз цветут в начале июля, поэтому они хорошо подходят к дате праздника 8 июля.
Предлагаем вашему вниманию виртуальную выставку «Под покровом Петра и Февронии». В Центральной городской библиотеке также представлена книжная выставка, посвящённая Дню семьи, любви и верности, где можно почитать «Повесть о Петре и Февронии Муромских», ознакомиться с житиями этих святых; научно-популярной литературой о семье, психологии взаимоотношений в браке, о воспитании детей; советами для вступающих в брак; важными вопросами семейного права и др.
Тема семьи в русской литературе — одна из самых глубоких и устойчивых: она звучит и в народных сказках, и в масштабных романах, и в современной прозе. На протяжении веков писатели по‑разному осмысляли семейные отношения: от незыблемых патриархальных устоев до сложных, порой противоречивых связей между близкими людьми. В фондах наших библиотек можно проследить, как менялся образ семьи — и как литература отражала перемены в обществе.
В русских народных сказках семья и родственные связи задают герою нравственные ориентиры. Здесь важны послушание старшим, верность долгу, забота о родных. Например, в «Царевне‑лягушке» Иван‑царевич действует как сын и муж: он следует воле отца, а затем борется за свою семью. В фольклоре семья — это не столько пространство личных чувств, сколько система правил и ролей, которые помогают человеку найти своё место в мире. В нашем фонде есть сборники русских сказок — они станут хорошей отправной точкой для разговора о семейных ценностях.
В классической литературе XIX века семья становится зеркалом общества. Писатели показывают, как социальные и нравственные конфликты проявляются в частной жизни. В романе Л. Н. Толстого «Война и мир» семьи Ростовых, Болконских и Курагиных противопоставлены друг другу как разные модели отношений. Семья Ростовых — это тепло, доверие, эмоциональная поддержка; у Болконских в основе — строгость и чувство долга; Курагины же воплощают эгоизм и разрушение нравственных связей. Через эти образы Толстой размышляет о том, что делает семью настоящей опорой.
У И. С. Тургенева в романе «Отцы и дети» на первый план выходит конфликт поколений. Базаров, провозглашающий отрицание традиций, всё равно испытывает сложные чувства к своим родителям: его отношение к семье показывает, что даже радикальный разрыв с прошлым не отменяет глубинной связи с родными. В драме А. Н. Островского «Гроза» патриархальная семья становится источником трагедии: Катерину ломает не только общество, но и отсутствие поддержки внутри дома, где вместо любви царит давление и страх. Эти произведения есть в наших фондах — они позволяют увидеть, как литература XIX века осмысляла семейные отношения как поле нравственных испытаний.
На рубеже веков и в XX веке образ семьи усложняется. В «Вишнёвом саде» А. П. Чехова семья — это уже не столько опора, сколько символ уходящей эпохи: герои связаны памятью о прошлом, но не могут договориться о будущем. В советской литературе семья нередко оказывается в тени общественных задач, но в военной и деревенской прозе она вновь выходит на первый план как источник силы и памяти. У В. Г. Распутина в повести «Прощание с Матёрой» разрушение деревни воспринимается как утрата родовой памяти: исчезает не просто дом, а связь поколений, чувство принадлежности к своему роду.
Современная проза делает акцент на личном опыте и внутреннем мире человека. Семья предстаёт как пространство диалога, иногда трудного, но необходимого. Авторы показывают сложность выбора, неоднозначность ролей, право на ошибку и на поиск своего пути внутри родственных связей.
Дина Рубина, трилогия «Русская канарейка». Масштабная семейная сага, где автор сплетает судьбы нескольких поколений. Через историю музыкального одесского семейства Этингеров и рода молчаливых странников из Алма-Аты Рубина исследует, как общие традиции, тайны прошлого и личные драмы связывают людей, несмотря на расстояния и время.
Александр Чудаков, «Ложится мгла на старые ступени». Это не просто роман, а глубокое погружение в культуру и быт ссыльно-поселенцев середины XX века на границе Сибири и Северного Казахстана. Чудаков с гипнотической точностью воссоздаёт семейные предания, показывает, как в непростых условиях выживает и сохраняется родовая память, какие ценности передаются из поколения в поколение.
Елена Катишонок, «Жили-были старик со старухой». Повествование посвящено судьбе семьи староверов Ивановых. Автор прослеживает историю четырёх поколений: от корней — старика Максимыча и старухи Матрены — до правнучки. Стержень семьи — живущие в согласии и любви супруги Ивановы. Книга наглядно демонстрирует, как семейные узы и традиции помогают преодолевать жизненные испытания, войны, разорение и сохранять человечность.
Приходите в библиотеки нашего города, чтобы открыть для себя, как русская литература осмысляла тему семьи, — и, возможно, найти в этих книгах ответы на собственные вопросы.
