Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский (1900—1981) — советский биолог, генетик. Гений, предатель, номинант на Нобелевскую премию, заключённый… В судьбе этого учёного было столько поворотов, что хватило бы на несколько жизней.

Ровесник века, он вошел в пору юности тогда, когда страну сотрясали социальные катаклизмы – две революции, две войны — Мировая и Гражданская. Он учился в Московском университете, но не получил диплома. Он много преподавал в высших учебных учреждениях, уехал в Германию по приглашению видных ученых – и с трудом, со второго раза защитил диссертацию. Тосковал о родине, но, оставаясь гражданином СССР, отказался вернуться в Советский союз. Не дал в 1945 году эвакуировать свою лабораторию в западную Германию, сохранив ее достижения (в том числе и для своей страны), потерял сына, который погиб в фашистском концлагере, выдавая справки бежавшим с фабрик «остарбайтерам», спас от нацистов многих лиц «неарийского происхождения» – и был арестован и сослан, как предатель Родины. Награжден многочисленными иностранными медалями и премиями, даже номинирован на Нобелевскую премию, но для широкой публики своей страны стал известен как герой романа Даниила Гранина «Зубр».

Биография Н.В. Тимофеева-Ресовского здесь здесь здесь

13 сентября 1945 года Тимофеев-Ресовский был задержан в Берлине. 4 июля 1946 года Военная коллегия Верховного суда РСФСР приговорила его к 10 годам лишения свободы по обвинению в измене Родине.

Он отбывал срок в Самарковском отделении Карлага. Но в 1947 году в связи с советскими работами по созданию атомной бомбы как специалиста по радиационной генетике Тимофеева-Ресовского перевели из лагеря на «Объект 0211» (Лаборатория «Б») в Челябинской области (в дальнейшем в составе города Снежинска) для работы по проблемам радиационной безопасности (сам учёный к этому времени был при смерти от голода). Здесь была выполнена беспрецедентная в истории радиобиологии работа по изучению накопления и влияния радиоактивных изотопов в биосистемах, сформированы основы биологической защиты и очистки от радиоактивных загрязнений.

В 1951 году был освобождён из заключения. В 1955 году с ученого сняли судимость, оставив некоторые ограничения (без права проживания в Москве и в радиусе 101 километра от нее, а также без права выезда за границу).

В 1956 году Тимофеев-Ресовский создал летнюю биофизическую станцию в Миассово. Она находилась в подчинении Уральского филиала Академии наук СССР в Свердловске (ныне Екатеринбург), работа лаборатории была окружена режимом секретности, местным властям она не подчинялась.. Биостанция Миассово состояла из шести одноэтажных жилых домов и двухэтажного исследовательского корпуса. На подъезде к объекту располагался научный комплекс — гамма-поле (участок местности, постоянно подвергающийся искусственному воздействию гамма-лучей).

Здесь проходили знаменитые летние семинары (неформальные свободные коллоквиумы), ставшие традиционными и собиравшие отечественных и зарубежных ученых. На этих коллоквиумах переплетались размышления и развлечения, диспуты и тосты, физика и лирика.

Под руководством Тимофеева-Ресовского учёные вместе со студентами и аспирантами экспериментально исследовали поведение радиоактивных элементов в водной среде, донных отложениях, верхних горизонтах почв, в растениях.
Здесь создавалась большая наука. Вот только некоторые задачи летних семинаров:

• изучение роли живых организмов в накоплении и распространении радионуклидов;
• исследования по биологическим основам очистки вод, загрязнённых радиоактивными шлаками;
• изучение проблем радиостимуляции растений.

Подготовленный Тимофеевым-Ресовским научный материал о результатах исследований лёг в основу разработки планов ликвидации последствий радиационных аварий. Спустя 30 лет именно эти его разработки были использованы для очистки грунта и воды в районе аварии Чернобыльской АЭС.

Работы, проводившиеся на Урале под руководством Тимофеева-Ресовского, стимулировали возникновение радиоэкологических центров в других регионах страны. Здесь начинали свои первые работы сотрудники Коми научного центра УрО АН СССР, где возник радиоэкологический центр по изучению природных биогеоценозов, загрязнённых естественными радионуклидами. Работы Тимофеева-Ресовского в Миассово подготовили множество генетиков, экосистемных биологов, биофизиков и радиационных биологов.

В 1987 г. после публикации документальной повести Даниила Гранина «Зубр» младший сын Тимофеева-Ресовского Андрей и представители научной общественности потребовали реабилитации выдающегося ученого-генетика. 29 июля 1992 года Николай Владимирович был реабилитирован.

«Я не знаю, получил бы Тимофеев-Ресовский такую известность, какую получил, если бы не повесть Гранина «Зубр», — пишет в очерке «Зубр, Риль и другие»
известный челябинский краевед Михаил Фонотов. — Боюсь, что известность его была бы много скромнее. Короткое слово «зубр», сказанное писателем вовремя, так и прилипло к Тимофееву-Ресовскому. Образ, найденный Граниным, отмечен счастливым совпадением: и во внешнем облике, и в характере, и в судьбе Тимофеева-Ресовского, действительно, есть что-то от зубра. (Само — то слово было подсказано женой Николая Владимировича, когда она увидела картину челябинского художника Рубена Габриэляна. То был портрет Тимофеева-Ресовского с портретом же Нильса Бора на стене и статуэткой зубра каслинского литья на столе. Тогда Елена Александровна и произнесла: «Три зубра». Из трех остался один».

Зубр (лат. Bison bonasus) — вид парнокопытных млекопитающих рода бизонов подсемейства бычьих семейства полорогих. Это— величественное и удивительное животное, чьи размеры поражают: взрослый самец может весить около тонны, а его высота в холке — около 180–188 см. Это сравнимо с ростом высокого мужчины! Зубр вооружен внушительными рогами. Есть даже версия, что его название происходит от слова «зуб», которым в славянских языках обозначался любой острый предмет. Самые древние ископаемые останки зубров относятся к эпохе плиоцена, их возраст насчитывает около полутора миллионов лет. Сегодня во всем мире осталось лишь около 5000 особей.

Из энциклопедического словаря крылатых фраз и выражений В. Серова: «Слово «зубр», используемое в переносном смысле, в России начала XX в. означало нечто отжившее, реакционное, анахронизм и т. д., то есть служило аналогом таких современных образных выражений, как «ископаемое» или «динозавр». В современной речи, во многом благодаря известному роману «Зубр» писателя Даниила Гранина, это выражение поменяло свой знак на противоположный и стало носить характер положительной оценки, означая авторитетного, известного человека, достигшего вершин в своей профессиональной деятельности».

Повесть Даниила Гранина «Зубр» – это не просто биография, это глубокое исследование жизни и судьбы выдающегося ученого Николая Владимировича Тимофеева-Ресовского. Гранин не ставит перед собой задачу просто перечислить факты из жизни «Зубра», как его прозвали коллеги за силу, упорство и несгибаемый характер. Он стремится понять масштаб личности ученого, его вклад в науку, его моральные принципы и трагедию, разыгравшуюся на фоне бурных событий XX века.
Тимофеев-Ресовский предстает перед нами как человек, одержимый наукой. Но Гранин показывает не только его научные достижения, но и его человеческие качества: его честность, принципиальность, готовность отстаивать свои убеждения даже перед лицом опасности.

• О повести Д.Гранина «Зубр» здесь здесь здесь

Память о Тимофееве-Ресовском увековечена и в Челябинске. В самом центре города есть мемориальная доска. Она установлена в октябре 1993 года по инициативе Центра историко-культурного наследия города и размещена на жилом доме по адресу: улица Цвиллинга, дом 36. На доске надпись: «Здесь часто бывал в 60-е годы работавший в Миассово выдающийся биолог, один из основоположников радиационной генетики, Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский (Зубр) (1900–1981)».

Петр Прохорович Падучев (1850 –1912) родился 175 лет назад в семье мелкого златоустовского чиновника и после окончания окружного училища в 1866 году определился на службу в контору златоустовской Князе-Михайловской сталепушечной фабрики.

Уже здесь Петр Падучев начал интересоваться литературой, выписывать журнал «Отечественные записки» и газету «Неделя». А вскоре он и сам посылает в журнал корреспонденцию о местной жизни.

Через несколько лет энергичный юноша покидает Златоуст и отправляется в Петербург, где поступает в учительский институт. По окончанию курса в 1876 году Петр Падучев едет в Каргополь учителем, а через три года становится инспектором Черниговского училища.

Он активно сотрудничает с журналами, и публицистика захватывает полностью молодого человека. Падучев становится сотрудником многих журналов. Он печатается в «Вестнике Европы», «Стране», «Неделе», «Детском отдыхе». Отдельным изданием у него выходит книга детских рассказов «Жизнь детей».

Однако Падучев основной своей профессией считает всё же педагогику: восемь лет (1883—1891) работает помощником директора Рукавишниковского приюта.

Рукавишниковский приют — первое исправительно-учебное заведение для малолетних преступников, основанное в Москве 21 мая (2 июня) 1864 года по инициативе А. Н. Стрекаловой. С 1870 года директором приюта стал Николай Васильевич Рукавишников (1845–1875) , который много сделал для создания системы перевоспитания малолетних преступников. В 1873 году с «высочайшего соизволения» императора Александра II приюту было присвоено наименование «Рукавишниковский». В начале ХХ века в Рукавишниковском приюте находилось 150 человек. В приюте отсутствовали телесные наказания, действовала система поощрений: знаки отличия, публичная похвала, отпуск, посещение театров и музеев, досрочное освобождение. Был установлен чёткий режим труда, учёбы и отдыха, хорошо организован регулярный надзор. Рукавишниковский приют обеспечивал элементарное образование в объёме курса народных школ и давал основательные профессиональные знания — в приюте имелись столярная, токарно-кузнечная, портновская и малярная мастерские. По данным статистики, 90 процентов воспитанников не возвращались к преступной деятельности. В 1920 году приют выселили, а здание приспособили под коммунальные квартиры. Но до 1925 года здесь был приёмник-распределитель для беспризорных детей.

В 1892 году Петр Падучев покидает службу в приюте, расстается со столицей и уезжает в Тамбов. Здесь он покупает семь десятин земли и в своем «Новом хуторе» ведет образ жизни простого крестьянина. Это дает ему новый материал, новые впечатления. Падучев много пишет о крестьянской жизни в «Сыне отечества», «Неделе», «Историческом вестнике».

Именно в «Историческом вестнике» в 1890-х годах были напечатаны три очерка Падучева, посвящённые Уралу:

• «Русская Швейцария. Очерки Южного Урала» (1892) — об истории возникновения Златоустовского железоделательного завода, быте златоустовских рабочих, раскольниках, живших в районе Таганая, природе края.
• «Первые русские пушки: История одного изобретения» (1894) — о деятельности в Златоусте П. М. Обухова, отливке в 1860 году на Князе-Михайловской фабрике первых стальных пушек.
• «Уральская Калифорния, или Из народных сказов о золоте» (1896) — заключительный очерк уральского цикла Падучева. Он повествует об истории заселения Миасской долины башкирами-кочевниками, потом русскими в XVIII веке; открытии богатых месторождений золота в Миасской долине, истории самородка «Большой треугольник» и горном начальнике П. П. Аносове. Падучев приводит подробности о том, как златоустовцы относились к Аносову, как они прощались с ним, провожая на Алтай.

При написании очерка автор использует официальные документы (приводит конкретные цифры и факты, даёт описания быта рабочих на рудниках и приисках) и народные рассказы о золоте и золотодобытчиках. Уделяя особое внимание Аносову, Падучев отмечает его исключительное трудолюбие, говорит о нём тепло и уважительно.

Однако в очерке есть и фактические неточности. В качестве даты находки Падучев приводит 26 сентября вместо 26 октября. Указывает вес самородка — 2 пуда, 7 фунтов и 91 золотник, хотя во всех официальных документах того времени вес указан в 2 пуда, 7 фунтов и 92 золотника.В вопросе о выплаченном Никифору Сюткину вознаграждении Падучев передёргивает факты — из его повествования следует, что решение по этому поводу чуть ли не единолично было принято главным начальником уральских горных заводов В.А. Глинкой, хотя первичным является рапорт начальника Златоустовских заводов П.П. Аносова от 30 октября. История Большого треугольника

Несмотря на некоторые фактические неточности, очерки Падучева оказали значительное влияние на изучение Урала, в частности:

• Предоставили ценные краеведческие материалы по истории Златоуста и Златоустовского горного округа. Очерки Падучева содержат сведения о быте рабочих, легендах, природе края.
• Рассказали о жизни и работе на Урале П. М. Обухова, с именем которого связаны многие открытия в сталелитейном деле России. Автор подробно описал подготовку и момент отливки первых стальных пушек, их испытание.
• Подчеркнули уникальность уральских ландшафтов. Уральской Швейцарией называл Мамин-Сибиряк районы Оренбургской губернии – это удивительные места вокруг Златоуста и Миасса, Вишневые горы, озеро Увильды. Название очерка Падучева «Русская Швейцария» прижилось, стало перекочевывать от одного автора к другому. И широко используется и поныне.

С марта 1901 года в Козлове (ныне Мичуринск) П.П.Падучев выпускал городскую газету . Но вскоре прогрессивного редактора-издателя П. Падучева арестовали и сослали в Вологду. Позднее он опять возвратился в Козлов, возобновил издание газеты, где работал до последних дней своей жизни.

Он был активным человеком, его интересы не ограничивались краеведением, педагогикой и публицистикой. Падучев активно работал в городском обществе взаимного от огня страхования, а также в обществе распространения коммерческого образования. Кроме того, слыл активным популяризатором местного птицеводства — ему принадлежало хозяйство на Успенской улице, славившееся английскими и американскими породами кур.

Можем ли мы сейчас прочитать очерки П.П.Падучева, написанные почти 135 лет назад? Да, в 1970-х годах краеведческий очерк «Уральская Калифорния» (со значительными сокращениями) увидел свет в газете «Златоустовский рабочий». Кроме того, к 220 -летию Миасса вышла книга, где этот очерк был напечатан в ряду других, посвященных истории нашего края:

Падучев П. Золото. Уральская Калифорния, или из народных рассказов о золоте// Золотая долина : 220-летию Миасса посвящается / сост. Л. В. Орлова ; худ. В. Н. Каменев. — Челябинск : Челябинский Дом печати, 1994. – С. 46-32.

В книге «Легенды Южного Урала» (Легенды Южного Урала / [составитель И. А. Кириллова]. — [3-е изд.]. — Челябинск : Аркаим, 2010. — 208 с. : ил.) собраны сказания — лишь малая толика того, что сохранила народная память об истории Земли Уральской. Есть в ней и сказ, обработанный Петром Падучевым – «Легенда о происхождении эха» (С.47).

И через 175 лет после рождения Петра Прохоровича Падучева мы слышим в его очерках и сказах голос человека, влюбленного в родной край. Наш край…

«Я не художник, но всегда жалел, что не владею ни кистью, ни карандашом, чтобы нарисовать бесподобный по красоте и необъятности горизонта ландшафт, который не часто можно встретить в горных местностях». П.П. Падучев «Уральская Швейцария. Очерки Южного Урала».