Миасцы побывали на премьере нового спектакля «Омнибуса». В Златоуст часто ходят автобусы из нашего города с любителями театра. Кто-то едет личным транспортом. Новая постановка удивила и порадовала оригинальными режиссёрскими решениями и искрометной игрой актёров. Да, стоило ехать в соседний город! И вот почему.

Комедии Карло Гольдони как-то особенно хорошо «приживаются» на сцене Златоустовского драматического театра «Омнибус». Помню, с каким восторгом был принят публикой спектакль «Слуга двух господ». А комедия «Венецианские близнецы» уже более десяти лет в репертуаре театра – настолько она понравилась зрителям, что не надоедает годами. Были и другие удачные постановки. И вот очередная премьера, ставшая значимым этапом в «освоении» классической итальянской драматургии постановщиками и труппой Златоустовской драмы.

Фейерверк радостных эмоций

Все три первые показа пьесы собрали полный, до отказа, зал. Раскуплены билеты на все спектакли в предстоящие два месяца. Главный режиссёр театра, заслуженный деятель искусств РФ Борис Горбачевский работал над комедией «Трактирщица», по его признанию, с особым воодушевлением, поскольку она в мировой драматургии в особом почёте как пьеса во славу весёлой и мудрой женщины, во славу любви, наполнена радостью жизни, умной насмешливостью, яркими эмоциями и виртуозной эмоционально-психологической интригой.

Если говорить с точки зрения истории жанра, она являет собой революционный переход от комедии масок с импровизацией (дель арте) к психологическому реализму, к комедиям характеров с тонкой иронией и ненавязчивым назиданием, с персонажами, отражающими нравы общества. А ещё эта пьеса заинтересовала главного режиссёра, как он говорит, тем, что она способна привнести в нашу во-многом тревожную (из-за войны, прежде всего) жизнь частицу праздника, так необходимого для контраста, для душевного отдыха и подъёма, для мобилизации духовных сил.

И, действительно, забавно и весело наблюдать сменяющие друг друга курьёзные и смешные сценки, происходящие в гостинце и посвящённые практически одному важному обстоятельству всей разыгрываемой истории: все гости мужского пола влюбляются в хозяйку Мирандолину, а она мило и изобретательно отбивается от их ухаживаний и подарков, сохраняя верность своему возлюбленному – слуге Фабрицио, за которого, однако ж, замуж не спешит, изнуряя его недоговорками, намеками и загадочными жестами.

Женские игры

Красотка и веселушка, рачительная и мудрая хозяйка гостиницы, заботящаяся о благополучии и хорошем настроении постояльцев, она, не желая того, часто вводит Фабрицио в состояние жуткой ревности, играя и забавляясь с навязчивыми гостями шутки ради и для их вразумления. На грани отчаяния он не раз пытается бросить «нервную» работу и покинуть любимую женщину, но всякий раз она его умеючи, «по-женски» его возвращает.

Собственно, с постоянными поклонниками – маркизом и графом – она «утонченно честна»: хоть и принимает их знаки внимания и подарки, не желая огорчать их, все же сохраняет необходимую дистанцию. А вот в отношениях с кавалером, женоненавистником, уверенном в том, что все женщины плохи и недостойны любви мужчин, она «с головой» уходит в игру, желая перевоспитать «упёртого» бобыля, грубоватого солдафона, очерствевшего сердцем. Подает на обед изысканные блюда, приготовленные собственноручно, лично кормит, любезничает, даже разыгрывает обморок якобы от избытка чувств к нему. Правда, в последний момент «открывается», отвергая его дорогой подарок и раненое стрелой Амура сердце. Кавалер вне себя, но это уже никак не омрачает её глубоких чувств к Фабрицио и его безмерного счастья…

С помощью экспрессии и танцев

Теперь о качестве постановки. Почему она так волнует и радует златоустовского зрителя, хотя написана более 270 лет назад и не в России, а в Италии, во Флоренции? Тут прямая заслуга режиссёра- постановщика Бориса Горбачевского, его помощников – художника-постановщика, заслуженного работника культуры РФ, заслуженного деятеля искусств РБ Виктора Хлыбова (г. Уфа), художника по костюмам Лии Файзулиной, хореографа Виктории Пестовой и актёрского ансамбля, состоящего преимущественно из ведущих артистов театра – Виктории Фроловой (Мирандолина), заслуженного артиста РФ Вячеслава Борисова (граф Альбафьорита), заслуженного работника культуры и искусства Челябинской области Максима Фаустова (кавалер Рипафратта), Алексея Тегленкова (маркиз Форлипополи), Андрея Казачкова (Фабрицио), Натальи Фаустовой и Анастасии Семиряковой (артистки Ортензия и Деянира), Дмитрия Клопова (слуга кавалера).

  — Текст этой комедии применительно к сегодняшнему дню и зрителю весьма длинноват, скучен, — говорит Борис Сергеевич. — Мне пришлось чуть ли не на половину сократить его, чтобы уложиться в обычные временные рамки наших спектаклей. Оставил только самое яркое, характерное для персонажей, интригующе-увлекательное. Но даже с этим текстом комедия требовала новаторского «прочтения», необычных постановочных решений. Дело в том, что я знаком с аналогичными работами других театров. Не все они нашли режиссёрские ходы, делающие пьесу современной, захватывающей. Вот тогда подумалось: не одна же Мирандолина создает приятную атмосферу, уют в гостинице. Должен быть персонал, который «созвучен» жизнерадостной и неподражаемой во всем хозяйке. И я ввёл группу её бессловесных помощников, которые в своих танцах и быстрых красивых движениях передают эмоциональный настрой и динамику комедийного действа, задуманного стать праздником для зрителей.

Добавим к этому: спектакль начинается с очень выразительной, так сказать, «чувственной» речи Мирандолины с балкона на итальянском языке. Её слова переводит на сцене Фабрицио. Тембр, энергетика речи характерны для южан, для экспрессивных итальянцев. Этим зрителя сразу вводят в атмосферу ярких, быстро меняющихся эмоций и чувств, неожиданных реакций, резких оценок и поступков.

Смех в назиданье

Совсем иной настрой, а соответственно и отношение к себе вызывают маркиз и граф, влюбленные в Мирандолину, но больше в себя. Это эгоисты и самолюбцы, душевные ленивцы и глупцы, желающие заполучить любовь хозяйки без искренних и пылких чувств, но с помощью «уловок»: один — мнимым покровительством (маркиз), другой — деньгами и ценными подарками (граф). Настоящее чувство лишь у Фабрицио, который, повторимся, сильно страдает от не понятных ему заигрываний Мирандолины с постояльцами, её проделок, направленных в конечном счёте на процветание заведения и уважение женского достоинства.

Этим как раз оправдана игра хозяйки гостиницы с кавалером. Как он мог при ней заявлять, что знает женщин, их коварный, лживый и порочный нрав? Это, разумеется, задевает Мирандолину, и она в порыве праведного гнева и жалости к бесчувственному себялюбцу притворяется влюблённой в него. Кавалер, влюбляясь, меняет своё отношение к женскому полу. Но хоть и остается с разбитым, зато с «растопленным» сердцем, человеком с новым взглядом на свою уже нестойкую холостяцкую натуру… Трактирщица торжествует, а в её лице умная женщина устанавливает свое негласное превосходство над недалекими мужчинами и откровенными мужланами.

Замечательная игра актёров, точно следующих режиссёрскому замыслу, делает все воспитательные моменты утонченными, филигранными в ракурсе доброго высмеивания и назидания, а всю атмосферу спектакля зажигательно динамичной и весёлой, по-умному смешной, жизнеутверждающей, воспевающей любовь и женскую мудрость.

Фото Веры Гарницкой

Нынешним летом исполнилось 150 лет со времени закладки храма во имя святого благоверного князя Александра Невского в Миасском заводе, как раньше назывался Миасс; освящен он был 145 лет назад, в ноябре 1881 года.

Об этом храме, тогда одном из самых красивых на Южном Урале, к сожалению, сохранилось мало сведений. Потому очень ценна обстоятельная статья главного научного сотрудника Миасского городского краеведческого музея Нины Чухаревой «Храм Александра Невского», которая впервые была опубликована в краеведческом сборнике музея «Истоки», в №3 за 2005 год. К слову, раньше этот сборник выходил часто, в последние годы возникли серьезные трудности в его подготовке и финансировании издания. По-своему уникальная и редкая публикация, она не раз использовалась учёными, краеведами, журналистами. Перепечатывалась ли она прежде, точно не известно. Сегодня с разрешения автора мы воспроизводим её полностью, учитывая значимость исторической памяти и желание многих православных горожан восстановить в Миассе этот храм.

«Лучшим украшением г. Миасса в конце XIX-начале XX вв. была Александро-Невская церковь. Хорошей народной традицией в России было возведение храма всем миром. Решение о строительстве этой церкви принималось на сельском сходе еще в 1861 г. в память об освобождении от крепостной зависимости. «В Бозе почивший Царь-Мученик, Царь-Освободитель, Государь Император Александр Николаевич манифестом 8 марта 1861 года уничтожил рабство в горных заводах, воззвав их население к новой жизни — к свободному труду. В чувстве величайшей благодарности, тотчас же после объявления Высочайшего манифеста, которое было отпраздновано молебствием ликующего освобожденного народа, первый же волостной сход Миасской, вновь открытой волости постановил следующее духовное завещание…», — читаем мы в летописи Миасского завода. Этот уникальный документ, хранящийся в фондах миасского краеведческого музея, является важнейшим историческим источником, рассказывающим об Александровском храме. «Завещание» в устной форме было сделано при объявлении манифеста, а записано 8 марта 1863 г. и хранилось в волостном правлении.

Желание увековечить монаршую милость вряд ли было главной причиной строительства церкви. Население Миасского завода (так в силу исторических причин раньше назывался г. Миасс) к тому времени достигло 10000 человек, и единственный Петропавловский храм, не слишком вместительный, «в великие праздники представлял зрелище, напоминающее штурм крепости». В 1867 г. жители обратились к епархиальной власти с ходатайством о постройке нового храма.

По этому ходатайству из Оренбургской Консистории последовало на имя священника Петра Сементовского предписание «доставить отзыв от причта Миасской Петропавловской церкви о возможности уступить на построение Александро-Невской церкви известную, из капитала Петропавловской церкви, сумму». Миасский причт выделил значительную сумму денег для этой цели. В 1869 г. на сельском сходе жители обязались платить на постройку храма по 2 рубля с ревизской души ежегодно. 1 июня 1870 г. последовало открытие Миасского приходского попечительства, а 28 июня того же года вследствие постановления попечительства собрался сход прихожан на Пензенской площади города для окончательного решения вопроса о месте под церковь. Средствами для покрытия расходов на постройку избраны три главные источника: кружка для сбора по всей губернии, обязательный сбор с каждого домохозяина и добровольные пожертвования.

В начале лета 1876 г. произошла закладка церкви. В храме хранилась медная доска, на которой были выбиты следующие слова: «Во имя Отца и сына и Св. Духа. Основана сия церковь в честь Св. Александра Невского и в память освобождения от обязательного труда заводских мастеровых 8 марта 1861 г., при державе Благодетеля-Государя, самодержавного Великого Государя Императора Александра Николаевича, при Святительстве Преосвященнейшего Митрофана Епископа Оренбургского и Уральского, в лето от сотворения мира 7384 от воплощения Бога Слова 1876 июля месяца 3 дня».

Церковь была построена по проекту и чертежам Павла Степановича Гонышева. Общая стоимость строительства составила 80 тыс. руб. По поводу затраченной суммы неоднократно и язвительно выступали старообрядцы, называя эти деньги «нечистыми», т. к. они были взяты из доходов от виноторговли в общественных заведениях. Этому обстоятельству приписывали все неудачи, связанные со строительством храма. Дело в том, что он частично был поставлен на сваях и давал неравномерную осадку.
19 ноября 1881 г. в торжественной обстановке в присутствии 13 пресвитеров состоялось освящение храма во имя св. благоверного князя Александра Невского.

По красоте новосозданный храм Миасского завода занял одно из первых мест среди церквей Оренбургской епархии. В фондах Миасского краеведческого музея хранится единственное фото этого замечательного храма, выполненное в 1938 г., за год до его разрушения.

К сожалению, недолго он украшал город. После Октябрьской революции новая власть стремилась уничтожить духовные центры всех религиозных конфессий. В городском архиве Миасса хранятся «Документальные материалы по делам религиозных культов». Самый ранний документ относится к 1923 г. 25 октября этого года был подписан договор между верующими Александро-Невской церкви и Златоустовским Советом рабочих и крестьянских депутатов. Он может служить неплохим историческим источником, дающим представление об устройстве церкви: храм каменный, холодный, с 17-ю окнами и решетками; полы чугунные; у церкви — пять глав, покрытых жестью, кресты на главах железные, гладкие; «наружная поверхность штукатуренная, кирпичная, паперть закрытая». Храм перестраивался в 1896 г., а последний раз ремонтировался в 1913. Ограда состояла из железной решетки в каменных столбах. В 1876 г. сооружена кирпичная колокольня с семью медными колоколами. Все они имели свое назначение: 2 благовестных, 1 повседневный, 1 малый и 3 зазвонных. В храме находились 103 деревянные иконы, в т. ч. 33 главные.

Александро-Невский храм, дважды прошедший регистрацию в 1925 и 1930 гг., фактически был закрыт на основании постановления горсовета от 7 апреля 1932 г. за неуплату налогов и ренты в сумме 8935 руб. 71 коп., но вскоре был возвращен верующим. Богослужения в нем возобновились в феврале 1933 г.

Очевидно, величественный и богатый храм не давал покоя власти. В ноябре 1937 г. органами НКВД была «раскрыта» в Златоустовском районе группа церковнослужителей, которая якобы занималась подготовкой вооруженного восстания. Среди арестованных был и протоиерей Александро-Невского храма Коптягин Глеб Данилович и священнослужитель Баев Владимир Васильевич. Вместе с ними арестовали и всех членов церковного совета во главе с председателем Вялковым. Договор о передаче здания стал недействительным.

В списке верующих Александровской общины, составленном в 1930 г. и насчитывавшем 565 человек, много известных фамилий, среди них есть имена и коренных жителей города. В это время в Миассе было довольно много неграмотных; они ставили крестик под документом, либо за них подписывались другие. Возраст верующих от 45 до 74 лет, то есть это те люди, мировоззрение которых закладывались ещё до 1917 г.

Решение о закрытии Александро-Невской церкви было принято на заседании президиума Челябинского областного исполнительного комитета. Основание для закрытия храма звучало следующим образом: «Ввиду того, что со стороны Исполоргана верующих так называемого «ново-обновленческого» течения подано заявление об отказе пользования переданной им частью молитвенного здания …договор юридически утратил свою законную силу».

После закрытия храма приступили к его физическому уничтожению. Из трех храмов разрушили два. С Петропавловским храмом расправились достаточно быстро, а над Александро-Невским пришлось потрудиться: его взрывали кусками — такая крепкая у него была кладка. Очевидно, эти трагические события произошли до 1 апреля 1939 г.: в этот день миасский райисполком подал сведения о молитвенных зданиях. На документе стоит штамп «секретно». Из сводки становится известно, что две православные церкви из трех сломаны, оба старообрядческих храма отданы под учреждения культуры, а в мечети расположилась школа.

На месте красивейшей церкви построили здание автомеханического техникума. Позже учебное заведение переехало в центр города, а в обветшавшем здании расположилось общежитие. Сейчас лишь экспонаты краеведческого музея хранят память об уникальном украшении Миасса. В постоянной экспозиции музея можно увидеть, как выглядел один из лучших храмов на Южном Урале, который некогда был центром всей жизни в городе.

Н. Н. Чухарева

Эта публикация в наше время интересна и значима ещё тем, что в Машгородке, на бульваре Полетаева, собираются строить новый храм в честь святого благоверного князя Александра Невского. Администрация МГО выделила под него земельный участок, есть эскизный проект, назначен настоятель – иерей Макарий Шиповский. Несколько лет ушло на то, чтобы осушить находившееся тут болотце, выкорчевать и вывезти лишние деревья и кустарники, отсыпать территорию. Пока идет сбор средств на каменный храм, за последний год практически построен временный деревянный – во имя оптинских старцев. О ходе строительных работ и перспективе этого уголка бульвара Полетаева – в очередной нашей статье на эту тему.