Замужем за писателем

24 сентября исполняется 105 лет со дня рождения Лидии Борисовны Либединской, вдовы известного советского писателя Юрия Либединского, нашего земляка, чьи детские и юношеские годы прошли в Миассе и Челябинске. Кроме этого, она – писательница, мемуарист, переводчица, литературовед, исследователь жизни и творчества ряда своих современников – от Максима Горького до Марины Цветаевой.

Вспомнить спутницу и помощницу Юрия Либединского мы решили, процитировав часть хорошей биографической статьи, некогда подготовленной сотрудниками Центральной библиотеки имени А. С. Пушкина г. Челябинска:

«Лидия Борисовна Либединская родилась в 1921 году, в Баку. Девичья фамилия её – Толстая, она внучатая племянница Льва Николаевича Толстого. Бабушка – дворянка, знающая несколько языков, любившая литературу, читавшая детям многое наизусть. Это она убедила Лиду ещё в детстве, что «в России всё от Пушкина». Дядя Лиды был академиком-историком. С трёх лет жила в Москве. Её отец, Борис Дмитриевич Толстой, и в советское время не стеснявшийся своего графского титула, работал до ареста в Госплане РСФСР, умер в лагере для репрессированных. Мать – писательница Татьяна Толстая, печатавшаяся под псевдонимом Вечорка, служила корректором в редакции, написала книгу о Лермонтове. 

 Начинала учиться в Историко-архивном институте, а  окончила Литинститут. Когда в 1942 году в Москве Лида познакомилась с писателем Юрием Либединским, ей было едва за 20. Он стал широко известным после того, как в трагических тонах живо и талантливо воспроизвел родной Челябинск периода гражданской войны в повести «Неделя», вошедшей в учебники литературы последующих лет и переведенной на несколько языков. У него в Ленинграде были вторая жена, сын. Он был женат на Марии Берггольц, сестре Ольги Берггольц. Она была актрисой. Театр заполнял ее жизнь практически полностью, на дом времени не оставалось. Когда Лида и Юрий познакомились, он еще не пришел в себя после тяжелой контузии: «Я была его сиделкой, секретарем, возлюбленной». В 1942 году  Юрий и Лида поженились. Тогда же в московских газетах вышли её первые стихи. Она говорила: «Это был не брак, а роман длиною в 18 лет… Наша любовь потому, наверное, длилась столько лет, что я надежно обеспечивала ему «тыл». Юрий Николаевич тянулся к домашнему уюту, как ребенок, радовался гречневой каше на завтрак, чай пил только хорошо заваренный.

Она была младше на 24 года, однако не превратила мужа в исполнителя своих прихотей, а, наоборот, служила ему как беззаветно преданная и любящая жена. Как раз этого он не находил в первой и второй женах, по-своему замечательных женщинах. Они целиком отдавали себя своим делам, своему обычному окружению, в котором Либединскому отводилось немного места. А Лидия Борисовна дала ему возможность наслаждаться семейной жизнью и одновременно много работать не уставая. Имея дочь от первого брака, она родила Юрию Николаевичу четверых детей и при этом создавала прекрасные условия для творчества …Лидия Борисовна была для него не только любимой женщиной, но и секретарём, другом, коллегой.

В 1959 году Лидия Либединская осталась одна с пятью детьми, самой младшей из которых было семь. Прийти в себя после потери дорогого человека ей помогла работа. Лидия Борисовна принялась работать над пятью незаконченными произведениями мужа. Она единственная понимала его почерк. Уже через год после смерти Ю. Либединского в журнале «Урал» была опубликована его повесть «Воспитание души». А потом увидели свет «Дела семейные», «Связь времён», «Наследники». Все книги Юрия Либединского Лидия Борисовна передала в государственный архив и впервые после многотрудной работы осталась наедине с собственной жизнью.

Детство Лиды Толстой проходило в окружении удивительных людей: Маяковского, Хлебникова, Асеева, Пастернака. Юрий Либединский дружил с самыми разными людьми разных поколений. В их доме всегда собиралось много интересных людей – Юрий Николаевич умел сплачивать их вокруг себя. И Лидия Либединская поняла: необходимо рассказать о всех тех, с кем посчастливилось встречаться, работать. Так родилась книга воспоминаний «Зелёная лампа», которая вышла в 1966 году. Она с благодарностью вспоминает К. Чуковского, который помог ей в творчестве и написал предисловие к книге. Это книга о времени, о людях, которых знала Лидия Борисовна, и о любви. О любви к Юрию Николаевичу.

А потом было еще 11 книг, которые Лидия Борисовна посвятила детям, подросткам. Все эти книги о замечательных людях XIX века: декабристах, Герцене, прототипах романа «Война и мир» (прекрасная книга «Живые герои») и т. д. Незадолго до смерти написала книгу о знаменитом российском реформаторе прошлого века – Сперанском. Много занималась переводами. У писательницы вышло в свет 12 собственных книг и 18 – переводных, кавказских писателей и поэтов. Публиковала прозу, мемуарные сочинения, о Блоке, Горьком. Лидия Либединская воспринималась как один из живых хранителей традиций русской культуры позднего Серебряного века, связующее звено нескольких поколений отечественной культуры. Она вела огромную общественную работу, особенно по созданию литературных музеев. Если бы не она, не появились бы в Москве Дом-музей Герцена, музей декабристов, Дом-музей Корнея Чуковского в Переделкине…»

Южный Урал – такой же родной, как для мужа

Лидия Либединская не раз приезжала в Челябинск и Миасс. Среди местных литераторов и библиотекарей у нее появились добрые знакомые и настоящие друзья. В первую очередь – Надежда Капитонова, известный библиотекарь-просветитель, директор областной детской библиотеки имени В. Маяковского. Лидия Борисовна подарила этой библиотеке много материалов о муже, его фотографий. Среди ценных даров – посмертная маска Юрия Либединского работы Эрнста Неизвестного  и карта озера Тургояк, нарисованная в 1917 году художником Львом Бруни.

Надежда Капитонова и Лидия Либединская вместе не только готовили встречи московской писательницы с южноуральцами, но и путешествовали по стране и за рубежом.

Особенно насыщенной мероприятиями оказался 1998 год, в который отмечалось 100-летие Юрия Либединского. Причём Лидия Борисовна посетила тогда не только Челябинск, но и Миасс.

К слову, это был не первый её приезд в наш город. Впервые Миасс она увидела, когда с мужем приехала на его малую родину. Тогда они жили на берегу Тургояка, сняв дачу. Её любовь к Южному Уралу я ощутил на себе и в буквальном смысле слова. Когда впервые перешагнул порог её с Либединским квартиры в «доме писателей» в Лаврушенском переулке, а было это в 1998 году, без предварительного звонка, и, поздоровавшись, назвался журналистом из Челябинска, она буквально просияла от удивления и радости. Очень обрадовалась посланцу с Южного Урала. Пригласила меня на следующий день в «настоящие гости»: с угощением и долгой беседой. Она говорила, насколько полюбила Челябинск и Миасс, с каким удовольствием приезжает в места, которые были очень дороги её мужу. Наглядным свидетельством её особого отношения к Южному Уралу явилась богатая коллекция изделий из каслинского литья, которыми была уставлена одна из комнат. По признанию Лидии Борисовны, легче всего ей писалось именно в этой комнате, осенённой духом того, что так дорого было Юрию Николаевичу.

Не говорю уже о книгах, разных сувенирах, которые она привозила из поездок в Челябинск и Миасс. Их было много, она их бережно хранила.

В декабре 1998 года Лидия Либединская во второй раз была гостьей Центральной городской библиотеки г. Миасса, носящей имя её мужа. Здесь она приняла участие в памятном мероприятии, посвящённом Юрию Либединскому. Ее волнительное, трогательное выступление до сих пор в памяти тех, кто тогда присутствовал на этой встрече. С долей грустного юмора она заметила, что редкая женщина доживает до 100-летия мужа.

Прожила яркую, счастливую жизнь

Завершим наше воспоминание также цитатой из статьи, опубликованной в Блоге Центральной библиотеки имени А.С. Пушкина и библиотек г. Челябинска «ВО! круг книг» десять лет назад:

«Казалось бы, жизнь у Лидии Борисовны – сплошной праздник. Но сколько всего пережито: гибель отца, ранний уход мужа (в 38 лет вдова с 5-ю детьми!), смерть от тяжелой болезни взрослого сына, потери друзей. Арест и ссылка зятя Игоря Губермана, за которым дочь Татьяна уехала с ребёнком на поселение в Красноярский край, а потом семью Губерманов выслали из страны. Вот как Игорь Губерман писал о своей тёще: «Зятья в слезах про тёщ галдят, а наша – лучше не отыщешь ни в Сан-Франциско, ни в Мытищах, ни в Африке, где тёщ едят». У Лидии Борисовны 14 внуков, 7 правнуков. Она считала себя счастливым человеком, на долю которого выпало всего много: любви, друзей, поездок, радости».

Лидия Борисовна Либединская скончалась 19 мая 2006 г. в Москве на 85-м году жизни, более чем на сорок лет пережив мужа. Она запомнилась окружающим удивительно жизнерадостной, нестареющей женщиной, со светлым, оптимистичным взглядом на жизнь и всегда говорила, что верит в лучшее. При этом нередко вспоминала фразу, услышанную от своей бабушки: «Пока ты недоволен жизнью, она проходит». Государство не присваивало ей никаких званий. Но зато у неё была медаль за пятерых детей и медаль за донорство. И были тысячи почитателей её таланта, бесчисленные друзья, в том числе на Южном Урале.

Пополудни 14 сентября небо прояснилось, выглянуло солнце. Я и Зоя Карманова, ветераны миасской журналистики, в это время находились на Северном кладбище, навещали могилу нашего коллеги – редактора газеты «Миасский рабочий» Александра Филипоненко, которому в этот день исполнилось 105 лет. 

Он родился на Украине, в городе Чернобыль, но большую часть жизни трудился и жил на Южном Урале. Служил в районном военкомате, был на кадровой и профсоюзной работе, секретарем и вторым секретарем Миасского горкома КПССС. Но главной и любимой его профессией была журналистика. Ею он начал заниматься ещё в Киевской области.

В Челябинске, куда был направлен партией в годы войны, продолжил литературным сотрудником, а затем редактором многотиражной газеты «За трудовую доблесть» ЧТЗ. В зрелом возрасте возглавлял редакцию газеты «Миасский рабочий».

Он был награжден Орденом Почёта, медалями, был лауреатом областной журналисткой премии имени Ф. Сыромолотова, а также имел почётное звание Заслуженного работника культуры РСФСР. В Миассе Александр Филиппович был хорошо известен, его уважали не только во всех эшелонах власти, но и большое количество миасцев всех рангов, не говоря уже о читателях городской газеты, которых тогда было тысячи.

Его почитали начинающие и опытные журналисты. Школу «Миасского рабочего» прошли многие наши коллеги, став настоящими мастерами («акулами») журналистики. Некоторые, как, например, Зоя Карманова в последующем немало лет возглавляла ведущий печатный орган города, а Зоя Соколова (ныне покойная) была главным редактором газеты «Глагол». В «Миасском рабочем», творческую атмосферу и традиции которого здорово укрепил Филипоненко, начинали известные фотомастера города и региона Сергей Краснопеев и Александр Мизуров.

Много лет журналисты Миасса ежегодно посещали могилы умерших коллег 5 мая – в советский День печати. Но годы идут, и ветеранов нашей профессии осталось совсем немного, здоровье их не идеальное. Посещения стали редкими, и вот нежелательные результаты такого невольного «забвения»: заросла сорной травой могила Александра Филипоненко.

Тревогу подняла всегда чуткая к таким проблемам, часто бывающая на Северном кладбище Зоя Карманова. Ее обеспокоенность разделила Оксана Овсянникова, также небезызвестный в городе журналист. Зоя Александровна предложила неравнодушным коллегам сброситься на очистку памятника силами ООО «Мемориал». И это было сделано к 14 сентября — дню рождения Александра Филипповича. Так он был достойно помянут нами!

Недавно в литературное объединение «Ильменит» пришла скромная, тихая, светящаяся мягкой трогательной улыбкой и воодушевленным взглядом женщина.  О себе сообщила, что много лет работает с детьми, пишет стихи и музыку, а также сказки. Когда она прочитала несколько своих сказок современного нравственно-познавательного и философского плана, миасские литераторы сразу «разглядели» талантливого сказителя, мудрого педагога.

Несколько позже, когда шла подготовка к литературно-музыкальному вечеру «Ильменита» в кафе «Семь вечеров» Надежда Григорьевна приятно удивила организаторов присланными роликами со своими песнями на свои же стихи. Они, разумеется, вошли в программу мероприятия и наряду с другими музыкально-стихотворными творениями миасских поэтов и композиторов порадовали всех участников.

Сегодня мы представляем нашего автора, для чего используем заметку Елизаветы Пельменевой, вышедшую некогда в газете «Глагол» и интервью Валерия Мирошникова из Татарстана. Также опубликуем её стихи, на которые она сочинила музыку, и сказку на тему осени.

Вслед за голосом души

Сокровища Миасса бесценны и прекрасны. Под «сокровищами» надо понимать не только достопримечательности города, старинные памятники и особняки, природу, но и талант, желание творить, живущие в сердцах его жителей. Об одном таком добром и красивом Сердце хочется рассказать сегодня.

 Надежда Бут — интереснейшая личность, связавшая свою жизнь с искусством музыки и поэзии. Немного предыстории: первые шаги на своем творческом пути Надежда сделала в 12 лет, начав писать не вполне совершенные тогда стихи. К 15-летию у юной поэтессы настольными были сборники стихов русских классиков. Они и послужили основой для музыкального творчества.

 «Утро на Тургояке»- первая песня, полностью написанная молодой сочинительницей. Создавалось творение на нашем реликтовом озере, и даже не «создавалось», а плавно и ловко «приходило на ум».

— Музыкальное творчество и поэзия для меня — отнюдь не выдавливание из себя «замудреной» композиции, это плавный и лёгкий полёт мысли и слова, — делится Надежда тем, как приходит к ней вдохновение.

За плечами у нее — участие в бардовских концертах на Ильменских фестивалях с 1999 по 2009 годы, с исполнением песен «Вестник», «Выйду я встретить утро» и других.

— Для меня это чудесное и незабываемое время было разгаром творческого потока мыслей и чувств: новые песни и стихи появлялись в свет каждые три месяца,- вспоминает Надежда Григорьевна.

Помимо записи дисков с песнями, Надежда вложила душу в создание ещё одного своего «детища»: книги, включившей в себя почти все её стихи и песни, «Мудрость любящих». Издание украшено фоторепродукциями с картин Татьяны Брагиной. Примечательно, что некоторые из них созданы уральской художницей специально для этого сборника. Каждое произведение начинается с краткого рассказа о его содержании и главной мысли.

 — Книга появилась из желания глубокого осмысления собственного творчества, анализа того, что я создала, из желания подвести итоги и передать читателям ценные, но такие простые истины,- рассказала миасская поэтесса и бард.

Творчество для Надежды – самый непосредственный, «прямой» контакт с душой, голос души. Слушая её, ещё раз убеждаешься: творчество — лучший способ общения со своим внутренним «я», развития и воспитания в себе личности.

Елизавета Пельменева

Утро Света

                            Надежда Бут

Новый день глядит с улыбкой,
Будто видит в первый раз
Мир привычный, чудный, зыбкий,
Мир, что так пленяет нас.

Ясный, пасмурный, дождливый,
Но всегда счастливый день
Торжествует молчаливо
Радугою перемен.

Не печалясь, не тревожась,
Вьёт серебряную нить,
Чтобы Светом наши души
И Добром соединить.

И сплетаются событья —
Счастье, горе, плач и смех.
В мире есть такое Сердце,
Что нас любит крепче всех.

Каждый камень и травинку —
Их согреет лишь Любовь.
Солнце Жизни тайну эту
Пробуждает вновь и вновь.

Пусть душа услышит песню,
В глубине храня покой.
Утро Света неизменно
Торжествует над землёй.


В небесах Любви

В небесах Любви радуги зажглись,
И душа сама обновляет жизнь.
Вдаль спешит ручей – радости поток,
Принимай скорей счастье на порог!

В небесах Любви – все истоки рек,
Чистота и свет, солнца вечный бег,
Утра нежный свет, звёздный хоровод,
Там печали нет, там душа поёт.

Семечко Добра прорастает ввысь.
В небесах Любви души родились.
Путь из века в век в отчий дом лежит.
Так устроен мир, так поётся жизнь!

Вяжется узор полотна времён.
Во вселенной есть лишь один закон:
Подари любовь и прими в ответ,
Сотворив себе вечной жизни свет.

В небесах Любви радуги зажглись,
И душа сама обновляет жизнь.
Вдаль спешит ручей – радости поток,
Принимай скорей счастье на порог!

«Сказка — мир, который существует наравне с нашим»

Надежда Бут — филолог, педагог и автор уникальной методики развития образного мышления через сочинение сказок. Родившись в Челябинске, она долго жила и работала в Кургане, а ныне проживает в Миассе. В этом интервью мы говорим о том, как рождается сказка, почему важно слушать детей и каким будет будущее литературного творчества.

— Надежда, давайте начнем с истоков. Когда и как возник ваш интерес к сказкам?

— Сказки увлекали меня с раннего детства. Я не просто слушала их, но и ярко представляла происходящее, словно смотрела фильм, а потом пересказывала увиденное. Мои родители и воспитатели в садике много читали вслух, но, когда я научилась читать сама, сказки стали моим любимым жанром. Я даже коллекционировала книги, особенно меня привлекала серия «Сказки народов мира».

До семи лет у меня было очень яркое ощущение, что сказочный мир реален. Он существовал параллельно с нашим видимым миром. Позже это ощущение детской непосредственности рассеялось, но интерес остался. И теперь я понимаю, что в сказке оживает невидимый глазу, но совершенно реальный внутренний мир человека. Именно поэтому многие авторские сказки «сбываются», воплощаясь в событиях человеческой жизни.

— У вас филологическое образование. Как оно повлияло на ваше творчество?

— Да, я окончила филологический факультет Челябинского государственного университета. Моя дипломная работа была посвящена образу Богоматери в древнерусской литературе и живописи. Но настоящий поворот случился, когда я переехала в Курган. Там я попала в среду единомышленников и познакомилась с методом Татьяны Николаевны Лепихиной (из Долматово Курганской области) — известной сказочницы и педагога дошкольного образования.

Опираясь на её метод, я начала сочинять сказки вместе с детьми. В 1999 и 2000 годах я выпустила два рукописных сборника, состоящих целиком из детских сказок.

— Расскажите о вашей авторской методике. В чем её особенность?

— Постепенно я разработала собственную методику сочинения сказок с детьми, которую успешно реализовывала в Миассе, работая педагогом дополнительного образования в государственной, а затем в частной школе.

Моим своеобразным «открытием» стал формат авторской сказки, включающей работы детей. Ребята были одновременно и героями, и авторами сказки. Родители помогали оформлять эти истории в маленькие книжки, чтобы у каждого ребёнка оставался свой экземпляр.

Результат был поразительным: мои ученики, переходя в среднее звено школы, с удовольствием писали сочинения. Учителя литературы благодарили меня за то, что дети писали самостоятельно, с интересом, и для них это не было мучительной задачей. Мы развивали не только письменную речь, но и образное мышление, сочиняли мифы и стихи. И, конечно, через обсуждение сказочных сюжетов закладывались нравственные основы.

В настоящее время я также занимаюсь обучением чтению по методике Н.А. Зайцева, интегрируя игровые элементы и сказки в учебный процесс.

— Кто является для вас ориентиром в мире сказки? Чье творчество вы считаете эталонным?

— Большую помощь в создании авторских текстов мне дал курс по методу сказкотерапии, на котором я освоила важные принципы построения сюжета. Но если говорить об образцах, то для меня безусловным авторитетом остается Татьяна Лепихина. Её сказки сочетают простоту и доступность формы с удивительной содержательной глубиной. Образы в них настолько ёмкие и значимые, что к ним можно возвращаться на разных этапах жизни, и каждый раз они раскрываются по-новому.

Также для меня важны народные сказки разных стран, сказки Ганса Христиана Андерсена. И, поскольку я живу на Урале, огромное влияние оказали уральские сказочники: Павел Бажов и поэт-сказочник Леонид Куликов, которого я очень любила в детстве.

— Ваши сказки часто называют «природными». Откуда берутся эти образы?

— Да, в моих текстах очень много природных образов, и их прототипами чаще всего служит уральская природа. Для меня важно, чтобы в каждой сказке происходило какое-то открытие. Что-то такое, что я сама обнаружила в мире и чем захотела поделиться. Это очень похоже на процесс познавания мира ребёнком: он смотрит на привычные нам вещи, но видит в них что-то новое.

— Есть ли в ваших сказках образ будущего? Кого они воспитывают?

— Безусловно. Мне кажется, сказки подводят читателя к пониманию того, каким должен быть человек в идеале и в этом смысле они формируют образ человека будущего. Сказки могут помочь читателю открыть в себе потенциальные возможности, о которых, возможно, он даже не подозревал. Сказки обращаются к вечному в человеке, пробуждая то, что заложено в нас Творцом.

— Какой вы видите сказку будущего? Куда движется этот жанр?

— Мне бы очень хотелось, чтобы сказки будущего творились в содружестве взрослых и детей. Мой опыт показал, насколько богато воображение ребёнка, если его сознание не искажено гаджетами. Раньше, работая с детьми, я видела, как в их текстах проявляются архетипы мировой мифологии, хотя они не были с ними знакомы. Подсознание ребёнка раскрывается удивительным образом.

Будущее сказки я вижу в сотворчестве. Важно, чтобы взрослые были внимательны к тому дару, который заложен в ребёнке. Сказка должна стать инструментом, помогающим раскрыть этот внутренний потенциал, сохранить чистоту восприятия и научить видеть чудо в обыденном.

Валерий Мирошников

 Корона Осени

                                                           Надежда Бут

Однажды осенью, когда листья на молодом клёне стали разноцветными, им захотелось украсить собой ближайший лес и округу. И каждый стал выбирать, примеряя, – куда бы ему отнести свою частичку красоты. Кто-то захотел поплыть по озеру маленьким расписным корабликом. Кто-то подыскал себе грибок, пожелавший укрыться от человеческого глаза с помощью нарядного листочка, а кому-то наоборот, захотелось позировать перед фотографом, и он попросил Ветер отнести его на городскую улицу. Некоторые листья отправились танцевать со стаями перелётных птиц, а вот одному захотелось – ни больше ни меньше – стать, хотя бы ненадолго, короной матушки Осени.

И неспроста такое желание созрело в его лесной душе. Форма листа была на редкость правильной и изящной. Его удлинённые части напоминали кристаллы. И цвет – бордовый, желтовато-оранжевый с капельками зелёного создавал ощущение благородства.

– Обратись к Ветру, – подсказала Листику рябина. – Расскажи ему о своей мечте, он точно всё устроит, как нужно.

Собрался Листик в дорогу – Осень разыскивать. Она время от времени показывалась в разных местах леса и только тем, кому хотела. Оторвавшись от ветки, Листик подлетел к ближайшей рябине. Оказалось, что только вчера Осень побывала здесь и попросила у деревца две грозди ягод, чтобы сделать себе серьги. Рябина была растрогана такой просьбой и выбрала для Осени лучшие.

И тут, словно в ответ на слова рябины, Листик, не успев опомниться, закружился и стал стремительно набирать высоту. Рябина успела только веточкой махнуть на прощанье.

Это были проделки Ветра, как вы, наверное, догадались. Он поднял Листик на своих невидимых крыльях очень высоко, но и этого ему было мало. Ветер решил создать для Листика особенный танец и, забыв о других своих делах, увлёкся только своим новым знакомцем. Покачиваясь и кружась, Листик плавал в небесном океане, и тёплое осеннее солнышко насквозь пронизывало его своими стрелами – лучами. Оно согрело его до самого донышка души. А Душа у Листика была разноцветная. И неожиданно для всех она засветилась изнутри Листика никому неведомым рубиновым светом, так подходящим характеру Осени. Кроме того, Листочек вдруг обнаружил, что все его летние мысли и чувства прояснились и стали похожи на мудрые изречения.

Да, мечта делала из нашего героя какое-то новое существо – под стать матушке Осени. Ему так захотелось напиться простора и вобрать в себя аромат прелой листвы и ягодно-грибной дух, стелющийся по лесу! Ощутить капельки ночного дождя, срывающиеся с веток, когда он, пролетая, задевал их. Ветер принимал и исполнял желания Листика, вплетая их в свой танцевальный замысел. Наконец, Листик на какое-то время стал прозрачным и огромным – он как будто бы слился с ближними лесами и озером. Его душа засверкала в вечернем небе звездой, а на следующее утро он нашёл Осень.

Она стояла, опершись на скалу, до которой лишь иногда добирались отважные люди со специальным снаряжением. Осень оглядывала окрестности и любовалась своей работой. И тут неожиданно Ветер опустил Листик прямо ей в руки и прошептал:

– Это наш тебе подарок. От всего леса. За твою щедрость и любовь к нам.

Осень улыбнулась, бережно согрела Листик в своих ладонях, а потом осторожно вплела себе в волосы. Теперь он был на своём месте. Солнце осветило эту редкую картину. И тут произошло чудо – лучи навсегда отпечатали силуэт красавицы с короной на голове на отвесном обрыве скалы. И если кто-то из людей различал его, то сердце его наполнялось каким-то невыразимым счастьем.