Духовно-исторические заметки нашего автора побуждают обратиться к творчеству видных поэтов прошлого Евгения Баратынского и Федора Тютчева, а также великого русского писателя Льва Толстого

Три года назад мне посчастливилось побывать в музеях-заповедниках двух классиков русской литературы – Льва Толстого и Фёдора Тютчева. Конечно, как филологу и журналисту мне интересны не только книги и мысли этих литературных гениев, но и малоизвестные страницы их биографий, рассказы об их близких, друзьях. Однако в тот раз меня больше волновало другое: отголоски творчества и личностей этих великих русских в сегодняшнем российском обществе, впечатления посетителей, духовная атмосфера этих памятных мест.

Ясная Поляна просветляет

Ясную Поляну под Тулой, бывшее имение Льва Толстого, ежедневно посещают сотни туристов, почитателей его многогранного литературного таланта, общественного служения. Поразило, какой внутренний протест вызвало у всех в нашей группе замечание одной молоденькой экскурсантки, что, дескать, организовано посещение неважно, поскольку в небольшом доме-музее посетителям тесно. Экскурсовод ответила вежливо, что очень большой наплыв желающих побывать здесь и больше узнать о жизни Льва Николаевича. Не ускользнуло от глаз, что многие были удивлены недалекости этой девушки, которую, очевидно, интересовало здесь не то, что трогало и вдохновляло большинство посетителей.

 Для меня все было очевидно: люди едут сюда, чтобы прикоснуться к месту Силы, но не природной, а человеческой и Божественной. И хоть великий писатель в своём просветительском учении отступал от канонов Церкви, его духовные поиски не могут не вызывать уважения, размышлений о роли отдельных личностей в судьбах  Отечества. Посетив усадьбу Толстого, прослушав с затаенным дыханием рассказ экскурсовода, вдруг начинаешь задумываться, а всё ли правильно складывается в духовной жизни наших соотечественников, что упускаем мы, чего не достигаем, чтобы ближе стали нам чаяния, тревоги и заботы простых русских людей. Граф Толстой не только думал и пёкся о них, но всей своей жизнью, своими делами и творчеством стремился служить им… Этим он служил и России, миру — прежде всего, конечно, тем, что в своих литературных произведениях правдиво и трепетно открывал внутренний мир человека.

В Ясную Поляну меня свозили мои сестра и племянница, жившие тогда в Туле. К слову, они минимум два раза в месяц ездили туда, объясняя это тем, что всё ещё не постигли всей огромной интеллектуальной и духовной составляющей удивительной атмосферы музея-заповедника. 

Живописное «Гнездо поэтов»

Иным предстало передо мной Мураново – литературно-мемориальный музей Фёдора Тютчева, который считал себя более дипломатом, чиновником, нежели поэтом. Со школьной скамьи многие помнят его замечательные поэтические строки о природе. Но мало кто знает его как публициста, который в своих исследованиях, опираясь на богатый дипломатический опыт, сравнивал Россию и Запад, подчеркивая, что менталитет русских невидимыми нитями связан с Божественным началом, определяется во многом православием, а Отечество наше сформировано Богом и народом, его населяющим, как консервативное, великодержавное.

Накануне я приехал в гости к бывшей жительнице Златоуста Нине Ефимовой, которая с мужем приобрела земельный участок недалеко от музея-заповедника. Построив здесь дачный дом и трудясь на огороде, они продолжают вести свой бизнес в Златоусте (причём их производство тесно увязано с благотворительной деятельностью), а также постоянно принимают земляков с Южного Урала.

Незадолго до меня здесь гостили литераторы из Челябинска и Златоуста Алексей Казаков и Елена Лейман, представители златоустовского «Союза женщин» Наталья Княжук и её дочь Ирина. Вместе с Ниной Павловной они приняли участие (рассказами о родном крае, о значении литературы, чтением стихов) в закрытии любопытной выставки в музее Тютчева, посвящённой женщинам нескольких поколений, которые жили здесь в XIX веке. Скажем больше: именно жена, дочери, внучка отставного генерала Льва Энгельгардта поочередно владели этим имением, окруженным лугами и лесами невиданной красоты.

Дом основательно обновил муж старшей дочери Анастасии поэт Евгений Баратынский (в молодости друг Пушкина), а уже музеем Тютчева его сделал младший сын Фёдора Ивановича Иван, женившийся на внучке Энгельгардта Ольге. К слову, Фёдор Тютчев здесь ни разу не был: сюда его сын уже после смерти родителя свёз многие вещи, рукописи, книги поэта. И превратил усадьбу в Мураново в знаковое место, которое в свое время неслучайно называли «Гнездом поэтов» (здесь часто собирались видные литераторы, в том числе бывал и Николай Гоголь). 

Очищение огнём

Многие годы оно носило отпечаток чёрной магии, связанный с образом жизни и мистическими опытами отставного генерала Энгельгардта, который прославился своей невероятной храбростью и чудесной способностью оставаться невредимым в самых жарких сражениях. В последние годы он, желая избавить единственного сына от тяжёлой психической болезни, открыто занимался чёрной магией, за что и был прозван местными крестьянами колдуном. Его интерес потусторонними силами перенял зять Баратынский, резко изменившийся после переезда сюда из Москвы и получивший прозвище вампира. Он усердно занялся хозяйством и основательно перестроил господский дом: в него не проникали прямые солнечные лучи, а некоторые комнаты вообще были лишены окон, погружены во мрак. Эти перемены отразились и на творчестве поэта, назвавшего свой последний сборник «Сумерки».

Конечно, Баратынский в прямом смысле не пил кровь близких, однако смерть его оказалась весьма странной: он умер от вида крови своей жены, когда доктор проделывал с ней процедуру кровопускания. Даже в советские годы отголоски  этой нездоровой мистики проскальзывали в рассказах экскурсоводов, предлагавших посетителям не смотреть в зеркала. Они не показывали те комнаты, в которых чернокнижник и его дочь Анастасия проводили сеансы общения с тёмными духами, говорили, что якобы по зданию ходит призрак женщины.

Обращение Энгельгардта и его родственников к колдовству находит объяснение также в особенности той местности. Не одно столетие жило предание, что усадьба построена вблизи капища языческой богини славян Морены. Пагубное воздействие богини смерти будто бы постоянно чувствовали жители местной деревни Мураново.

В 2006 году тут произошло чрезвычайное происшествие, редко встречающееся в реальной жизни: от проникновения шаровой молнии возник сильный пожар в главном музейном здании. К счастью, практически все экспонаты, включая библиотеки бывших хозяев и рукописи, удалось спасти. А вот пострадавшие от огня помещения пришлось восстанавливать почти девять лет. Мемориальный музей вновь заработал в 2015 году, заняв полагающееся ему место среди исторических культурных центров России. И после этого ничего мистического тут уже никто не замечал. 

Православие в Мураново возрастает

В последние годы духовная атмосфера здесь существенно оздоровилась. Произошло это с появлением и активной миссионерской деятельностью игумена Феофана (Замесова), который не только служит в бывшей домовой церкви владельцев имения и окрестных храмах, но и существенно обновил их, включая часовни, облагородил вместе со своими единомышленниками-меценатами и помощниками несколько святых источников. Удивительно: его стараниями в здешнем посёлке создан парк, посвящённый жертвам трагедии в Беслане. И это всё делается параллельно священнической и общественной деятельности отца Феофана.

Наша землячка Нина Павловна знакома с этим монашествующим священником, который отвечает за взаимодействие Православной Церкви с Вооруженными Силами и правоохранительными органами РФ, казачеством в Сергиево-Посадской епархии. Он также духовно окормляет верующих воинов в местных подразделениях ВКС России.

Опираясь на поддержку отца Феофана, других здешних клириков Нина Ефимова и её сподвижницы из Златоуста, педагоги и воспитанники детской православной школы из этого города уже не один год осуществляют и намечают на будущее благотворительные дела, в том числе изготовление и доставку рождественских игрушек и гирлянд, украшение ими территории музея-заповедника.   

Но Ефимову также волнует вопрос, связанный с достойным захоронением наших воинов, погибающих на фронтах СВО. На своем предприятии она уже начала изготавливать детали сборных металлических крестов, которые куда предпочтительнее деревянных, недолговечных (их родственники покойных со временем меняют на светские памятники). Такие кресты, аналоги которых широко устанавливались на могилах в России до революции и в начале XX века, куда дешевле сооружений из гранита и мрамора. А главное: через них милость Божья по нашим молитвам скорее сойдет на души погибших солдат. Вот бы это дело внедрить повсеместно в России…

Р.S. В тот вечер, который я провел в гостях у Нины Ефимовой, читали стихи Федора Тютчева. В том числе его нетленные строки:

Нам не дано предугадать,

Как слово наше отзовётся, —

И нам сочувствие дается,

Как нам дается благодать…

А утром, посетив близлежащие святые источники, на ажурной ограде увидели памятные знаки с изображением Евгения Баратынского и Федора Тютчева. Такими созвучными с сегодняшней ситуацией в стране показались нам начертанные на скромной плите рядом с портретом Фёдора Ивановича стихи:

 О, край родной! – такого ополченья

Мир не видал с первоначальных дней…

Велико, знать, о Русь, твое значенье!

Мужайся, стой, крепись и одолей!

270-летию посёлка Тургояк посвящается (1756-2026)

Посёлок Тургояк, чьё 270‑летие мы отмечаем в 2026 году, сначала именовался Тургоякским медеплавильным рудником Златоустовского завода. Златоустовский округ тогда входил в Исетскую провинцию Оренбургской губернии, Троицкого уезда. Поселение располагалось в 20 верстах от ближайшей почтовой станции — Миасского завода.

Переселенцы из Тульской губернии, которые пришли на берега уральского озера, принесли и свои традиции, и мастеровые навыки, и ремёсла, и промыслы.

Ремесло и промысел — связанные, но не тождественные понятия, которые различаются по сути деятельности, целям, характеру труда и контексту использования.

Слово «ремесло» произошло от латинского «ремес» (плотник) и обозначало разные виды ручных работ. Промыслы — от «промыслить», то есть подумать. В толковом словаре Даля «ремесло» объяснялось как умение, коим добывают хлеб, промысел, требующий по большей части телесного, чем умственного труда. Ремесло превращалось в промысел, когда мастера начинали создавать предметы по заказу и на продажу.

В середине XIX века в деревне насчитывалось 109 дворов, 340 душ мужского и 335 душ женского пола. И, конечно, жители Тургояка занимались ремёслами и промыслами — в разное время разными.

Ремёсла

• Ткачество. Белый лён. На тургоякских землях выращивали лён. Многие семьи ткали льняное полотно прямо у себя дома — это было домашнее кустарное производство, которое дополняло хозяйство. На речке Исток стояли бани, которые топили по‑чёрному. Там занимались обработкой льна: били, мяли, трепали, чесали, пряли нити и изготавливали ткань. Сушили готовое полотно на уличной дороге (ныне ул. Коминтерна).

Долгое время в посёлке работала промартель «Объединение», в которую входила бондарная мастерская, лесопилка, Гужевое управление (преобразовавшееся потом в Животноводческое товарищество «Светлый путь»); здесь же была установлена паровая машина.

• Бондарное ремесло. Бытовала в старину на Руси загадка: «Сам дубовый, пояс вязовый, нос липовый». Тогда эту загадку мог отгадать любой малыш, а сейчас не всякий взрослый осилит. А загадка связана со старинным ремеслом, распространённым когда‑то повсеместно, — бондарным делом. Бондарное дело — это старинное полезное ремесло: деревянные предметы банной и кухонной утвари были в каждом доме, будь то крестьянская изба или купеческий дом. Дерево было самым доступным материалом, поэтому в каждой деревне имелись свои мастера по дереву.

Бондарная мастерская открылась в конце 1930‑х гг. Сначала было построено помещение «Парилка». Рядом с ней из‑под земли бил «ключ». Это было удобно для работы, так как требовалось много воды. Здесь гнули дуги для упряжи лошадей, полозья для саней, плели из прутьев ивняка большие корзины, короба для сельских нужд, кошовки для удобной поездки на лошади, вырезали деревянную посуду.

Начальником промартели был Александр Иванович Мурдасов, заместителем Степан Желнин, мастером Михаил Петрович Самойлов.

Ремесло требует немало физической силы, поэтому занимались этим делом в основном мужчины. В мастерской работали две бригады. В первой бригаде трудились ветераны, участники Великой Отечественной войны. Им поручалась ответственная работа: они делали дуги для конной упряжи, ушаты для бани, корыта и т. д. Так, Пётр Ефимович Чинёнов делал шикарные сани, кошовки для выезда начальства. Во второй бригаде трудились молодые парни. Их принимали на работу с 12 лет. Павел Иванович Лузин (1929 г. р.) и Павел Иванович Захаров (1932 г. р.) делали бочки‑кадушки.

Кадка — кадушка, в отличие от бочки, к низу расширяется, образуя конусовидную форму. Обручи при такой форме не пролетают и не соскакивают. Каждую клёпку делают сферической формы, а также толще с одной стороны.

В посёлке Тургояк делали кадушки из осины, липы. Для бани чаще использовали осину, так как это дерево лучше взаимодействует с водой. В бочонках солили грибы, огурцы, квасили капусту, мочили бруснику. Вёдра использовали в основном для воды, изготавливали «козлы» (приспособления для распиловки брёвен на чурбаки) и т. д.

В мастерской работали две женщины — клёпальщицы. Они пилили клёпку для бочек. Деревянные балки для них подносил Иван Фёдорович Захаров. Здесь же была установлена большая пила — «циркулярка» для распиловки брёвен на доски. Главным инструментом для изготовления бондарного изделия была «скобёлка».

Перед самой войной — в 1938–1940 годах — промартель «Объединение» получила задание. В Миасском округе запланировали проведение военных учений. Для проведения манёвров тургоякские артельщики сделали из дерева винтовки, пулемёты, пушки, фанерные машины — «полуторки». В селе Тургояк во время учений квартировали солдаты, ночевали у жителей села. Однажды была страшная гроза: часть солдат обгорела и получила удар молнией. Жители приняли это за плохой знак. А вскоре началась война. На нужды фронта на смолокурнях гнали дёготь, делали скипидар.

Промыслы

Тургояк был зажиточным селом. Его жители занимались разными промыслами: рыболовством, бортничеством, выжиганием древесного угля, смолокурением, изготовлением скипидара, дёгтя. В разные годы истории села здесь работали швейная мастерская (1940‑е гг.), лесопилка, изготовлялся кумыс (1900‑е годы).

• Гужевое хозяйство. В ведении Гужевого управления — животноводческого товарищества «Светлый путь» — был табун лошадей, два табуна коров, племенные быки. На склады привозили из близлежащих колхозов комбикорма. Комбикормами кормили не только лошадей и быков хозяйства, но и частных коров, овец, коз.

Кроме этого, управление «Светлый путь» занималось распределением покосных угодий.

Когда началась война, лошадей мобилизовали на фронт. Хозяину давали справку, что животное конфисковано. И в нашу общую Победу над фашистской Германией свою долю внесли не только жители, но и тургоякские лощади.

Старожилы говорили, когда показывали «Живые и мёртвые», созданный по роману Константина Симонова: в некоторых кадрах фильма все узнавали тургоякские сани в обозе. Очень были похожи — глаз у мастеров был намётан.

• Паровая машина. Большим подспорьем в работе промартели стала паровая машина.

Паровая машина — тепловой двигатель внешнего сгорания, в котором потенциальная энергия пара, поступающего из парового котла, преобразуется в механическую работу возвратно‑поступательного движения поршня, а затем — во вращательное движение вала. Русский изобретатель Иван Ползунов в 1763 году создал двухцилиндровую вакуумную машину специально для воздуходувных мехов на алтайских металлургических заводах — она работала непрерывно, без постоянного участия человека.

Паровая машина, которая стояла в усадьбе Афанасия Порфирьевича Медведева (ул. Ивановская), была большой. Медведев был зажиточным хозяином по меркам Тургояка. В 1920‑е годы он стал опасаться, что у него могут конфисковать имущество. И тогда Афанасий Порфирьевич создал компанию «Медведев и К», чтобы молоть муку на паровой машине. Он обучал жителей, как правильно работать на этой сложной технике.

По воспоминаниям старожилов, А. П. Медведев имел в селе Тургояк и кожевенный завод. Он сам шил сумки и игрушки. Потом это предприятие было национализировано, передано Уездному совету народного хозяйства.

Позднее на месте, где работала паровая машина, Кашин и Захаров организовали Гужевое управление. Сейчас на этой территории построены таунхаусы.

• Рыбная ловля. Озеро Тургояк было богато разной рыбой. Тургоякскую рыбную артель жители с юмором прозвали «Рыббанда». Артель ловила рыбу не только в озере Тургояк, но и в Чебаркуле. Рыбная ловля — дело нелёгкое, но артельщики были смелыми, выносливыми работниками. Работали здесь не только мужчины, но и женщины. Но мужчин было мало — почти все они ушли на фронт. И женщинам‑рыбачкам во время Великой Отечественной войны приходилось особенно трудно.
• Мукомольное дело. В окрестностях и прямо в поселении работали мельницы. Например, казённая мельница с плотиной и прудом находилась недалеко от озера, а ещё одна — в шести верстах от села, на реке Миасс. Мельница принадлежала Афанасию Порфирьевичу Медведеву.
• Бортничество. Сбор мёда диких пчёл — традиционное занятие, которое давало ценный продукт для собственного потребления и на продажу.

• Выжигание древесного угля и смолокурение. Лес давал сырьё: уголь выжигали для заводских нужд (в том числе для Златоустовского завода), а ещё на местных смолокурнях получали смолу, скипидар и дёготь. Кстати, есть интересная деталь из местных преданий: одно из мест на берегу называли «Баженова яма» — по имени мужика Бажена, который как раз и занимался выжиганием угля и гнал смолу.
• Добыча руды и камней. Изначально поселение даже носило название Тургоякский медный рудник Златоустовского завода, так что добыча медной руды была значима. А в Ильменских горах рядом искали и добывали драгоценные и поделочные камни. Одним из знаменитых горщиков был Иван Мурдасов.
• Золотой промысел. Для жителей это было особым делом и источником гордости: многие участвовали в добыче золота.

В публикации использованы материалы и фото из архива электронного музея «История земли Тургоякской» (Модельная Павленковская библиотека-филиал № 9)