Неделями молчавший радиоприемник на кухне сам «подал голос»: рассказывают о Лидии Либединской, вдове известного советского писателя, нашего земляка, чьи детские и юношеские годы прошли в Миассе и Челябинске. Но почему-то в прошедшем времени.
Невеселые догадки вскоре подтвердились: Лидия Борисовна скончалась на 85-ом году, более чем на сорок лет пережив мужа. Она, в девичестве Толстая, имеющая графские корни и родство с Львом Николаевичем, — автор более десятка книг историко- биографического плана. А еще мать пятерых детей, глава большого семейства, в котором 14 внуков, сделавших ее прабабушкой.
Будучи в солидном возрасте, Либединская участвовала в культурной жизни столицы: готовила передачи для радио, встречалась с молодежью, не отказывалась от съемок в документальных фильмах. Не раз приезжала на Южный Урал к друзьям (в частности, к известной книжнице Надежде Капитоновой), привезла в дар посмертную маску мужа. Дважды она побывала в Центральной библиотеке Миасса, носящей имя Либединского. А потому печальное известие грустью отозвалось в сердцах немалого количества южноуральцев. В их числе и автор этих строк, который имел удовольствие несколько часов общаться с Лидией Борисовной в ее московской квартире, принятый как дорогой гость.
Было это летом 1998 года. Находясь в Москве в командировке, решил исполнить давнее намерение: встретиться и сделать интервью с вдовой Либединского, творчеством которого заинтересовался. Телефон (номер мне дали в Миассе) почему-то молчал. На свой страх и риск отправился в Лаврушинский переулок, в так называемый дом писателей, что напротив Третьяковки. Дверь квартиры открывает маленькая пожилая женщина. С голосом, выражением лица, которые сразу располагают, снимают скованность. Узнав, что я журналист из Челябинска, буквально расцветает в улыбке: такое сильное впечатление производит на неё название родины мужа. Приглашает в дом. Пьём чай, беседуем. Выясняется, что номер её телефона изменился. Лидия Борисовна смотрит на часы и предлагает продолжить разговор на следующий день, утром. Я прихожу в назначенный час и, направляемый хозяйкой, оказываюсь на небольшой кухне, за столом, уставленном разными блюдами.
— Трудно поверить, что вы так обильно завтракаете…
— Разумеется, я готовилась к нашей встрече. Но вот гречневая каша – практически неизменный атрибут утреннего стола, еще со времен, когда жив был Юрий Николаевич. Ему эта каша почему-то не надоедала, и он просил на завтрак только ее. Надеюсь, и вам понравится. Как и все остальное.
Такое гостеприимство меня не просто тронуло, а привело в почти детский восторг, переполнило нарастающим чувством симпатии. Разговор потек легко, на волне доверительности и искренности.
Только потом, когда готовил статью, понял, что Лидия Борисовна была для Либединского не только верной спутницей, другом, возлюбленной, но и непревзойденным шкипером их семейной лодки, умело обходящей многочисленные скалы и рифы бытовых и прочих проблем.
Имея дочь от первого брака, она родила Юрию Николаевичу четверых детей и при этом создавала прекрасные условия для творчества. Она была младше на 24 года, однако не превратила мужа в исполнителя своих прихотей, а, наоборот, служила ему как беззаветно преданная и любящая жена. Как раз этого он не находил в первой и второй женах, по-своему замечательных женщинах. Они целиком отдавали себя своим делам, своему обычному окружению, в котором Либединскому отводилось немного места. А Лидия Борисовна дала ему возможность наслаждаться семейной жизнью и одновременно много работать не уставая. Зато во все свои командировки, на все встречи и дружеские вечера писатель брал с собой супругу. Они не расставались ни на день. Потому и писем друг к другу нет ни одного, сохранились только записки.
Друзья Либединского были друзьями и его жены. Она общалась с десятками знаменитых и видных людей своего времени, включая Маяковского, Пастернака, Фадеева, Светлова и других. Не только встречалась со многими из них, но и принимала наряду с Либединским посильное участие в их судьбах. Она с мужем была на даче у Фадеева накануне того, как он застрелился: она сразу заметила трагический настрой его высказываний, пыталась повернуть разговор в оптимистическое русло. А в тяжелые дни болезни Светлова была при нем сиделкой.
Лидия Борисовна показала мне льняную скатерть, всю исписанную пожеланиями и автографами знаменитостей. В их доме часто собирались гости, причем большими компаниями, и хозяйке не было обузой принимать их. Правда, заботливый супруг жалел жену и своим друзьям и приятелям категорически наказывал: больше пяти человек с собой не приводить.
Несмотря на постоянную занятость, Либединский ценил домашние праздники. Возле дачи в Переделкино под Новый год украшали ель. Водили хороводы с Дедом Морозом, в которого преображался Юрий Николаевич. Причем он так входил в роль, что потом кто-нибудь из детей взахлеб рассказывал отцу, каким веселым и забавным был ряженый Дедушка.
В квартире Либединской меня поразил порядок, но особый, я сказал бы, изысканный. Каждая вещь, казалось, имела не только свое место, но и смысл, в соединении с другими создавала особую атмосферу. Комнаты не меняли своего предназначения со времен, когда в квартире обитала большая и дружная семья. И сегодня они наполняются веселым шумом и голосами, когда собираются близкие, за исключением тех, кто живет за границей.
Кухня меня поразила обилием разделочных досок. Она напоминала музей росписи на кухонной принадлежности. Это – преимущественно подарки друзей, знающих увлечение хозяйки коллекционированием. Комната, в которой мы затем беседовали, была уставлена фигурками из каслинского литья, а стены украшали изделия из дерева и природного камня. Это напоминало ей Урал. Лидия Борисовна призналась: легче и вдохновенней пишется именно в этой комнате, осененной духом того, что так дорого было Юрию Николаевичу.
Последний раз в Миасс Либединская приезжала в 1998 году, в связи со 100-летием со дня рождения Юрия Николаевича. На встрече с читателями и краеведами в Центральной городской библиотеке сказала с долей грустного юмора, что редкая женщина доживает до столетия мужа. Она продолжила служить ему, став вдовой: подготовила к изданию пять незавершенных произведений, участвовала в переиздании его книг, публикации дневников и писем. Неизменно была в числе организаторов литературных мероприятий, посвященных творчеству Либединского и его друзей-писателей. Между тем сама активно занималась историческими изысканиями и литературным творчеством, переводами. Среди её книг наиболее известна – «Зелёная лампа» — простое, но живое и яркое повествование о своей жизни, о встрече с Либединским и супружестве, о том времени и его выдающихся личностях. В Миасс она привезла новое издание этой книги и подарила библиотеке с дарственной надписью.
Здесь она рассказала о вещем сне Юрия Николаевича. Ему часто снилось, что он приходит в библиотеку и берёт новую книгу. После того, как во сне увидел, что книг в библиотеке не осталось, умер. Пишу сегодня об этом не только затем, чтобы объяснить большую любовь Либединской к библиотекам, их работникам. Но и для того, чтобы напомнить: масса замечательных книг стоит на библиотечных полках порой месяцами и годами без востребования. Это очень грустно. Если в наших душах и сознании не будет места книге – хорошей, побуждающей думать об истинных ценностях, духовное обнищание неизбежно. Вот и книги Лидии Либединской, в том числе одна из последних – о российском реформаторе XIX века М. Сперанском, заслуживают особого внимания. Они написаны человеком с пытливым сердцем, молодой душой, ярким литературным дарованием
Я запомнил Лидию Борисовну удивительно жизнерадостной, нестареющей женщиной, со светлым, оптимистическим взглядом в будущее. Она всегда говорила, что верит в лучшее. При этом нередко вспоминала фразу, услышанную от своей бабушки: «Пока ты недоволен жизнью, она проходит».
Лидия Борисовна приглашала меня на ту встречу в библиотеке. Говорят, перед ее началом огорчительно заметила, что нет журналиста из «Челябинского рабочего». Мне досадно и горько, что тогда, 18 декабря 1998 года, я не смог приехать в библиотеку. Чувство вины не покидает меня и сегодня…
г. Миасс, 2006 г.
Литература:
Ерёмин, В.Г. Лидия Либединская: «Когда ты недоволен жизнью, она проходит» / В.Г. Ерёмин // Челябинский рабочий. — 2006. -8 июня.- С.2.
Фото из книги Наталии Громовой «Скатерть Лидии Либединской» и других открытых источников.
