Рубрика: Краеведческая страница

Аватар пользователя Оксана Коношенко

  • «Без казаков никак обойтись неможно» Часть 2-я

    «Без казаков никак обойтись неможно» Часть 2-я

    Цикл исторических повествований к 250-летию Миасса. Выпуск 12.

    «Без казаков никак обойтись неможно, оные употребляются в такие службы, в каковые никакие чины способны быть не могут».

    Летом 1773 года строительство Миасского завода начало набирать обороты: отсыпали плотину, укрепляли, строили технические сооружения.

    Портрет Емельяна Пугачёва, написанный поверх портрета императрицы Екатерины II.

    Но 17 сентября  этого же, 1773 года, под предводительством Емельяна Ивановича Пугачёва началось восстание (официально называемое бунтом) яицких казаков, переросшее в полномасштабную войну казаков, крестьян и башкир против царского гнёта и насилия над народом. «Бунт» Пугачёва был самым крупным народным выступлением в истории России. И ещё следует отметить особо — первым указом Е. И. Пугачёва был Указ об отмене крепостного права (!). Потому-то люди тысячами бежали с уральских заводов и присоединялись к армии «бунтовщиков». Отряды Пугачёва захватывали уральские города один за другим. В Кундравинской станице пугачёвцев встретили хлебом-солью; рабочие, строившие плотину для будущего Миасского завода, сожгли всё, что построили, и тоже ушли с Пугачёвым; к народному войску примкнули и тургоякские углежоги, и башкиры, которых привёл Салават Юлаев. И вся эта многотысячная армия ушла на Златоуст…

    Через год, в 1775, восстание было жестоко подавлено, Емельяна Пугачёва «со товарыщи» казнили в Москве на Болотной площади страшной казнью

    Река Урал — бывший Яик (Горыныч, так ласково называли реку казаки)берёт начало в Учалинском р-не

    1777 год: после подавления Пугачёвского восстания в Кундравинскую слободу для восполнения утраченного гарнизона переселили казаков из казачьих слобод из-под Уфы. Оренбургское казачье войско (ОКВ) за допущение в крае столь масштабного бунта было строго наказано, лишено множества прав и привилегий, включая запрет на наличие в войске пушек и огнестрельного оружия, за исключением холодного (шашки и ножа).

    1781 год: из-за допущения Пугачёвского «бунта», дабы придать полному забвению пугачевщину, Указом от 23.12.1781 года Оренбургская губерния была упразднена и образовано Уфимское наместничество, которое в 1796 году будет вновь переименовано в Оренбургскую губернию. Но в то время столица огромной губернии Оренбург стал уездным городом Уфимской губернии. Реку Яик переименовали в Урал, Исетская провинция ликвидирована, вместо неё образован Челябинский уезд. Но в

    В Миасской долине в конце 18 века обнаружили золото. 9 июля 1797 года в канцелярии Горного департамента начато «Дело о заведении Миасских золотых приисков». Золото добывали в верховьях реки Миасс и её притоков: Верхнего и Нижнего Иремеля, речек Ташкутарганка, Чёрная и Киолим. Заработал Петропавловский рудник (посёлок Ленинск). Дел у казаков прибавилось.

    Казачий разъезд

    13 июля 1806 года вышел указ, утверждающий Горное Положение: 1) Селения при заводах, рудниках и пристанях, как казенных, так и частных, а также все селения, принадлежащие заводам, а также округа казенных заводов переходили под управление горной полиции. 2) На казенных горных заводах для управления внутренней заводской полицией в селениях при заводах назначались полицеймейстеры. 3) На казенных горных заводах для управления окружной полицией назначались горные исправники. Горные и заводские исправники имели в своем распоряжении письмоводителя, унтер-офицеров и рядовых,  и воинскую команду из казаков.

    1812 год: 24 июня армия французского императора Наполеона вторглась в Российскую империю – началась Отечественная война.

    Оренбургское казачье войско в войне 1812 года: 8-го августа управляющий военным министерством князь Горчаков приказал военному губернатору Уральского края Волконскому и атаману Оренбургского войска  В. А. Углицкому из приготовленных в Оренбургском войске 3-х полков сформировать и командировать в армию 2 полка. Волконский издал предписание: «Чтобы все казаки, служащие и не служащие, кои только могут действовать оружием, тотчас же приготовились стать на оборону Отечества. Поэтому должны иметь неусыпное попечение, чтобы у каждого находилась в готовности одна лошадь, которую не употреблять ни в какую тяжёлую работу, дабы не изнурять её и не привести в неспособность, в случае нужды, действовать на ней противу неприятеля; чтобы у каждого была исправная пика длиною не менее 4-х аршин, с трёхгранным копьём, сабли, ружья и пистолеты, чтобы были тоже исправны».

    Атаман В. А. Углицкий возглавил тысячный полк майора В. Авдеева и 3-й оренбургский казачий полк майора Я. Белякова в составе 1-го отдельного корпуса генерала П. Х. Витгенштейна. В октябре 1812 года полк выступил из станицы Бакалинской с 3-м пятисотенным полком к Нижнему Новгороду, откуда был направлен в Санкт-Петербург, а затем через Ригу наТильзит. В 1813 году оренбургские казаки под командованием В. А. Углицкого особенно отличились при осаде города-крепости Данциг на берегах Балтийского моря. 3-й Оренбургский казачий полк под командованием В. А. Углицкого вошёл в состав союзной Польской армии и участвовал во многих сражениях с французской армией, в том числе — в знаменитой Битве народов под городом Лейпцигом, а также в боевых действиях на территории Франции.

    «Имя казака для французов гремело ужасом, а после парижского знакомства они открылись для них героями из древних мифов. Они были чисты, как дети и велики, как боги». Франц.писатель Стендаль

    С целью увеличения численности Русской армии систематически проводились рекрутские наборы (мобилизация). Значительное число рекрутов было взято и с уральских заводов. Рекруты из Златоуста, Миасса, Челябинска, Троицка, Уфы направлялись для несения воинской службы в Уфимский пехотный полк. Уфимский полк во время Бородинского сражения находился в центре боя на участке батареи генерал-лейтенанта Н. Н. Раевского. Когда батарея Раевского была захвачена французами, начальник главного штаба генерал-майор А. П. Ермолов лично повёл в бой 3-й батальон Уфимского пехотного полка и при поддержке других частей в четверть часа отбил батарею. В честь подвига уфимцев знамя 3-го батальона позднее было помещено в зале Славы героев 1812 г. в Эрмитаже (Санкт-Петербург), где хранится до настоящего времени.

    Северные амуры — башкирская конница. 1812 год

    В 1812 году башкирская конница, кроме пик и сабель, была вооружена луками со стрелами, отчего французы вначале насмешливо называли воинов её северными амурами. Но уже после первых боев враги резко изменили свою оценку. Быстро выхватывая из колчана почти метровую стрелу, башкирский воин на всём скаку выпускал по врагу до 30-40 стрел с  большой пробойной силой.

    В ходе Отечественной войны 1812 года из Оренбургского края было направлено 5 оренбургских, 5 уральских казачьих, 19 башкирских, 2 мишарских, а всего – 31 полк иррегулярных войск. Всего с Урала на войну с французами ушло свыше 40 тыс. казаков. Домой, в родные станицы, казаки 1-го, 2-го и 3-го Оренбургских казачьих полков вернулись в 1819-1820 годах, пробыв в походе почти 12 лет.

    Оренбургское казачество. Фото с сайта http://v2.chelmuseum.ru/news/70-istoriy-o-zhizni-orenburgskogo-kazachestva/

    В 1819 году вышло Высочайшее повеление императора Александра I об открытии в Оренбургском казачьем войске первых станичных школ. Несмотря на то, что в нём не указывались источники финансирования строительства школ, их обеспеченность учебниками и инвентарём, жители  станиц войска «изъявили желание открыть школы на общественный счёт

    1830 год: в Российской империи случилась эпидемия холеры. Первый холерный диагноз был поставлен в Оренбурге в августе 1829 года. Были сообщения о заболеваниях в Троицке и Златоусте. К началу эпидемии Оренбургская губерния не была готова к такому количеству больных. В огромной губернии числилось всего 9 врачей, около 200 лекарских учеников, а также несколько вольнопрактикующих врачей. На всех медиков не хватало. Так как в сельской местности врачей не было вовсе, и до крестьян доходили лишь слухи о врачах. В сёлах медицинскую помощь оказывали цирюльники (парикмахеры), солдаты и казаки, обученные кровопусканию. Контролировать болезнь предписывалось священникам, которые должны были сообщать об умерших в своих приходах. Назначались граждане, которые ежедневно обходили дома и опрашивали жителей о состоянии здоровья. Поражённые болезнью селения  оцеплялись казаками и местными добровольцами.

    Карта Оренбургской губернии и Новолинейного района

    1835 год — год большого переселения народов: по повелению царя Николая I-го земли казачества решили расширить, спрямив границу и построив цепь пограничных укреплений от Орска до Троицка. Получившийся треугольник получил название «Новолинейного район Оренбургского казачьего войска» и стал заселяться. Согласно плана переселению подлежали 3 752 казаков с семьями из станиц, находящихся на территории Башкирии — из станиц: Бакалинской, Бузулукской, Нагайбацкой, Табынской, Уфимской и др. Вновь образованным станицам Новолинейного района (32 поселения) были присвоены названия иностранных городов, прославленных героическими победами Русской армии: Фершампенуаз, Варна, Порт-Артур и др.

    В свою очередь для пополнения станичных отрядов 2-й оборонительной Линии ( в Верхнеуральск, станицы: Карагайскую, Уйскую, Кундравинскую, Травниковскую, Челябу) людей переселяли из  Новолинейного района. Среди  населения юга Челябинской области в больших казачьих поселках сохранилось предание о переселении на новые земли:  будто бы казаков переселили столь стремительно, что некоторые семьи  «не успели даже вынуть хлеб из печи.

    Ещё со времён Екатерины II частная добыча золота была запрещена. В Миассе золотодобыча велась за казённый счёт.  Эта монополия казны тормозила развитие отрасли. В 1823 г.  на землях Оренбургского казачьего войска в районе Миасса горным чиновником Свиридовым были открыты месторождения рассыпного золота. С середины 1830-х гг. стала развивается частная золотодобыча на башкирских и казачьих землях Оренбургской губернии. «Самим казакам не возбраняется открывать золотые прииски, — отмечал в своей книге, изданной уже в начале ХХ века, горный инженер и предприниматель В. К. Павловский, — но владельцами таковых они бывают весьма редко, отчасти по недостатку капитала, а отчасти по недостатку уменья и предприимчивости. Самостоятельным золотым промыслом занимались немногие»…

    Продолжение следует…

    Ссылки на электронные ресурсы:

    Оренбургское казачество в 18 веке. – Текст: электронный //  Сказ Урала.ру : [сайт]

    Игнатьев, Руф Гаврилович.  [Перемены в Оренбургской губернии после Пугачёвщины]. — Текст: электронный // Руф Игнатьев. Собрание сочинений (уфимский и оренбургский период).  —    Том I. 1859-1866 годы. — Оренбург – 2011.- С.148.

    Как сформировать войско из 20 000 казаков для французской армии

    Василий Андреевич Углицкий. – Текст: электронный // Оренбургская областная детская библиотека : [сайт].

    Рыбалко, А.А. Заселение Новолинейного района Оренбургского казачьего войска в официальных документах и исторической памяти. – Текст: электронный // Киберленинка.ру : [сайт].

    История Горного ведомства в правление Александра I. — Текст: электронный // Журнал любителей истории г. Каменска-Уральского  : [сайт]. – 2017. — №10

    Участие оренбургских и уральских казаков в войнах российской империи. Учебное пособие для слушателей, обучающихся по программе дополнительного профессионального образования «Казачье образование: история и современность» — Текст: электронный // Ясненскиеказаки.ру : [сайт].

    Мурзина, И.Я. Оренбургское казачье войско: история и современность. — Текст: электронный  //  Елар.урфу ru [Электронный научный архив России в Уральском федеральном университете] : [сайт].

    Роль станичных школ в формировании нравственности оренбургских казаков. — Текст: электронный // // Елар.урфу ru [Электронный научный архив России в Уральском федеральном университете] : [сайт]. — С. 217-219.

    Заселение новолинейного района Оренбургского казачьего войска в официальных документах и народной памяти.    — Текст: электронный  // Научная электронная библиотека Киберленинка.ру : [сайт].

    Махрова, Т.К. Правовое регулирование золотого промысла на Урале в первой половине XIXв. : научная статья  по специальности «История и археология». — Текст: электронный // Научная электронная библиотека Киберленинка.ру :  [сайт].

    Рыбалко, А.А.Культура традиционного домостроения у оренбургских казаков. – Текст: электронный // Киберленинка.ру : [сайт].

  • «Без казаков никак обойтись неможно»

    «Без казаков никак обойтись неможно»

    Цикл исторических повествований к юбилею Миасса. Выпуск 11

    «Казачество — необыкновенное явление русской силы» Н. В. Гоголь.

    История Миасса немыслима без упоминания воинского сословия, верой и правдой служившего Российской империи – казаков. По заданию правительства России казаки первыми пришли в наш край, чтобы обеспечить безопасность промышленного освоения и развития Южного Урала.

    Освоение Урала и Сибири, начиная с 16-17 веков, носило казачий характер и выражалось преимущественно в постройке среди тайги, по берегам рек Тобол, Миасс, Теча и Исеть казачьих слобод и острожков (поселений-крепостей). Исетские казаки выполняли государеву службу без денежного, хлебного и соляного жалованья. Они должны были нести караулы в  окрестностях русских селений и защищать их в случае нападения калмыков или башкир.

    Немного общей истории: 11 февраля 1736 года по Указу управляющего Уральским краем Василия Татищева было организовано Исетское казачье войско. Главная задача казаков — охрана горных заводов, крепостных гарнизонов и границ, сопровождение караванов с продовольствием, защита поселений от грабежей кочевников. Между поселениями располагалась кордонная стража на специально установленных редутах и пикетах с промежутком в 5-10 верст.

    В 1737 году на должность главы Оренбургской экспедиции назначили Начальника  уральских казённых заводов Василия Татищева. Василий Татищев и Иван Неплюев, выполняя задачу государственной важности по обеспечению безопасности горнозаводской уральской территории, окружили территорию проживания башкир  кольцом укрепленных крепостей-городков. Неплюев занимался оренбургскими казаками, Татищев – исетсткими казаками, непрестанно заботясь о прочном устройстве казачьих селений, признавая казаков, как силу, наиболее способную к охранению пограничных линий.

     В 1748 году по проекту И. И. Неплюева Исетское казачье войско, населявшее  крепости Челябинскую, Миасскую, Чебаркульскую и др., в количестве 1 380 человек вошло в состав Оренбургского казачьего войска. В 1758 году Оренбургское казачье войско было приравнено в правах к Донскому. Войсковым центром стал город Оренбург. Войско управлялось войсковым атаманом и подчиненным оренбургскому губернатору. Численность войска систематически пополнялась за счёт переселяемых на Южный Урал волжских, донских и украинских казаков, а также лиц из других сословий, причисляемых к казакам.

    Казачья сабля — шашка. После участия казаков в войнах на Кавказе, шашка в бою стала предпочтительнее

    В 18 веке казачество утратило независимость и превратилось в особое военное сословие в Российской империи.  Часть казаков отбиралась на действительную службу начальством, а часть проходила службу на льготе, то есть дома и занимаясь своим хозяйством, но в состоянии повышенной мобилизационной готовности, с обязанностью проходить сборы и учения. «Врагу страшна – царю покорна», – так выводили казаки золотом на клинках шашек.

    Из рассказа 1894г. «Переселенцы в Средней Азии и новые места», автор В. Л. Кигн: «Казака сейчас же отличите от мужика. Казаки и казачки высоки, стройны, прямы. Мужик в сравнении с ним и жидковат, и космат, и приземист. Казаки и с лица красивы, хотя несколько и бесцветны. Этой бесцветностью объясняется то, что русское лицо не декоративно: его надо рассматривать вблизи. Вблизи у казака или казачки лица красивой овальной формы. Глаза большие светло-голубые и дерзкие; носы прямые, сухощавые, благородные, не то что мужицкие луковки. Вся повадка у казака — наглая, непокорная, как у хищного зверя… Казак должен быть всегда зол, как перед боевой схваткой, но в то же время хитёр, как человек, которому всюду грозят засады. Вглядитесь в его глаза: как они пронизывают и сверлят незнакомого человека, как они ловят выражение вашего лица. Беседа казака — допрос. Его вопросы — ловушки. И так наглы и подозрительны все — и мужчины и женщины, старики и дети. Все они, без различия пола и возраста, какие-то дерзкие и смелые 20-летние ухари… Существенная черта казака — нахрап, наскок, взять с бою. Отличительное свойство мужика — столь же энергичное, но пассивное сопротивление до последней крайности, стремление сесть на место тишком да и прирасти к нему так, что даже казак не стащит, несмотря ни на какие его нахрапы»…

    К 1750 году Кундравы – уже большая станица с ремесленными и торговыми лавками. Своим процветанием Кундравы обязана старинной Казанской дороге из Сибири в Среднюю Азию (из Тюмени на Хиву и Бухару), которая проходила через станицу. В Кундравинский казачий юрт входили станицы-посёлки: Крыжановский, Черновский, Устиновский, Филимоновский, Темирский, Мельниковский (на р. Увелка), Краснокаменский Уштаганский, Ключевский, Болотовский, Большаковский, 2-й Ключевский, Ступинский, Сарафановский; выселки: Косачёвский, Колодкинский, Буровский.

    Казачий юрт охватывает казаков одного района какой-либо области. Юрт имеет свой круг и атамана, который имеет чин войскового старшины или есаула. Юрт входит в состав округа. Численность юрта может составлять 300 казаков  — батальон.

    Расположение  отряда Черный (Черновское), подчинявшегося головной Кундравинской станице, было очень удачным: до Кундравов – 20 километров,  до Уфимского почтового тракта — 2 километра, до Миасса (в будущем) – 6 километров, вокруг берёзовые рощи и сосновые боры, хорошая пахотная земля.

    Уральский дом: деревянный, на каменном фундаменте, крыша крытая железом, окна на 3 стороны, тесовые ворота на столбах из лиственницы

    Все казачьи посёлки Южного Урала  в 18-19 вв. строились по Единому плану: широкие параллельные улицы, пересечённые переулками. В центре села на широкой площади обязательно стояла церковь. Дома ставили на высокий каменный фундамент из уральского плитняка; сруб из лиственницы или сосны. Крыши делали двускатными или шатровыми (четырёхскатными). Жилые и хозяйственные постройки образовывали двор. Если дома и хозяйственные постройки располагались по периметру и примыкали друг к другу, то такой тип двора называли покоеобразным (усадьба напоминала букву «П», которая в славянской азбуке назвалась «покой»). 

    Дом располагали согласно сторонам света — северная сторона глухая, вход в дом с южной стороны. Окна расположены с трёх сторон дома, так что солнце освещает внутренность дома в течение всего светового дня. Главная в доме – печь, разделяющая общее пространство на горницу и избу. В горнице размещалась хозяйская кровать, с периной, сверху стёганое вручную покрывало, из-под покрывала должен быть виден узорчатый подзор; в изголовье кровати укладывались башней подушки, на которые накидывали  кружевную накидку. В горнице также стояли комод, шкаф, в простенке между окнами висело зеркало. По диагонали от печи в горнице на юго-запад, а в кухне на юго-восток, размещали красные углы – божницы, где размещали иконы. Иконы передавались из поколения в поколение — ими благословляли молодых, их же подносили для прощального лобзания. А ещё домашние иконостасы пополняли иконами, привозимыми с ярмарок, где их можно было приобрести в лавках, торгующих старинными и новодельными иконами. Дома освещались при помощи самодельных сальных свечей, позже свечи стали вытесняться из употребления керосином.

    Фото из «Оренбургского частного архива»

    В праздничное время и в домашнем быту казаки предпочитали гражданскую одежду военной. Однако казак всегда имел на голове военную фуражку. 

    Гостей принимали в горнице. А там где праздничный стол, там и песня. А там, где гости – там угощение и песни. Казаки очень любили петь, и пели не  только военные песни, но и народные. Пение обыкновенно начиналось протяжной, широкой песней, за которой  следовала веселая и удалая; песня начиналась только запевалою, а потом подхватывалась всем хором. Казачьи песни отличаются от просто песни особой мелодией, ритмом, темпом – в ней слышится стук конских подков, свист сабли и невыразимая печаль о возможной смерти в бою на чужбине.

    Манера исполнения песен уральскими казаками отличается от манеры пения в других местах: особое произнесение окончаний некоторых слов, их уменьшительно-ласкательная форма, затейливая ритмика мелодии…
    Не один казак гулял,гулял со товарищем
    А товарищ то его - развороный резвый конь, 
    Оборонушка его - сабля вострая.
    Казак шашечкый махал - огонёчек высекал.
    Ковыль- травку казак рвал, на огонёчек её клал,
    Мелким пеплым пержигал...
    

    Казак был привязан к своему войску, и за его пределы не мог выехать без особого разрешения. Вернувшись домой после первой очереди службы, ещё несколько лет казак должен был содержать строевого коня. В одной из инструкций того времени говорилось так: «При обучении пешему строю не следует добиваться особой чистоты и стойки, так как главная обязанность казака — служба на коне». Большинство лошадей, как рабочих, так и строевых, было местных, киргизских пород. Лошадей покупали на конной ярмарке в Кундравинской станице, куда  из Казахстана и Башкирии пригоняли табуны лошадей.

    Казачество было выделено в особое воинское сословие. Основным занятием казаков, кроме несения службы, было земледелие. Каждому казаку выделялось 25-30 десятин земли. Обилие пастбищ создавало возможности для развития коневодства и скотоводства. Казаки сеяли рожь, ячмень, пшеницу, овёс; разводили лошадей, овец, коз, крупный рогатый скот (молочных коров). Было развито маслоделие и сыроварение. В огородах выращивали капусту, лук, репу, табак. Часть казаков имели мельницы, кузнецы, занимались различными промыслами —  кожевенным, столярным, пчеловодством. Наряду с хлебом продавали скот, кожу, масло, сало, рыбу…Казаки, несмотря на то, что тоже трудились на земле, близко не считали крестьян себе ровней.

    1768 год. Зарплату за службу казаки получали символическую и на уровень жизни не влияющую: рядовой казак получал от 2-х до 4-х рублей серебром в год, писарь – 5, урядник — 6, хорунжий — 17 рублей в год. Для сравнения: в те годы пуд (16 кг) пшеничной муки стоил около 30 копеек, овсяной – 20, мясо говядины 30-50 копеек , баранье 10-30коп., рыба и икра осетрина – 1 руб. 60 коп., рыба озёрная 30-40 копеек за пуд. Для расчета с казаками и другими слоями населения применялись медные деньги. Самой мелкой монетой являлась полушка (1/4 копейки), алтын — 3 копейки; деньга  —  полкопейки (1/2 копейки); копейка – две деньги; гривна – 10 копеек. При крупных сделках, например таких как выкуп земли, ходили золотые, серебренные и платиновые монеты.

    Из Ведомости, составленной в 1768 году в Исетской канцелярии: «…Казаки Чебаркульской крепости от рыбной ловли получили доход 10 рублей 20 копеек в год. В Кундравах с мельниц (куда входила мельница того, черновского казака, что построил её на месте, где в скором будущем будет выстроена плотина для Миасского «медеплавиленного»  завода) получен доход 14 рублей в год. Всего с чебаркульских мельниц был получен доход 150 рублей в год»…

    В Летописи Кундравинской Параскиевской церкви, которую вёл  Владимир Аманацкий, священник Миасского Петропавловского храма,  автор Записок о Миасском заводе (1856 год) есть запись: «Прежде, на месте медеплавильной фабрики, при небольшой плотине стояла мукомольная мельница, принадлежащая крестьянину  деревни Чёрной».

    Продолжение следует...

    Материалы для статьи взяты с электронных ресурсов, находящихся в свободном доступе:

  • «Кто сказал, что косого ничему нельзя обучить?»

    «Кто сказал, что косого ничему нельзя обучить?»

    В Миассе жила единственная в своём роде дрессировщица кроликов

    Миасс, как и любой другой небольшой городок, – это история России в миниатюре. Тут можно найти свидетелей всех исторических событий (даже тех, кому довелось видеть Ленина или провожать в космос Юрия Гагарина). Ну или родственников этих свидетелей. И тут же можно встретить человека абсолютно любой профессии! Даже дрессировщиков.

    Жила в машгородке когда-то цирковая артистка Нина Винникова, которая дрессировала… кроликов. Да-да, кроликов! На пожелтевшей программке, которую она бережна хранила, был изображён дед в рубахе-косоворотке с дюжиной зайцев в котомке, а поодаль – красавица в русском сарафане. И надпись (крупно): «Забавные приключения дедушки Мазая в цирке». Чуть ниже шрифтом помельче: «Единственный номер в жанре дрессуры «Кролики и зайцы». Дрессировщики Н. Винникова и В. Кодах».

    Цирковой спектакль, придуманный Ниной Георгиевной Винниковой и её супругом, тоже артистом цирка Владимиром Кодахом, когда-то пользовался огромной популярностью в Советском Союзе. Никто и никогда прежде не занимался дрессурой этих животных, считавшихся бездарными. Но Кодах и Винникова всё-таки решили рискнуть — и добились успеха!

    В старой газетной статье (название газеты установить не удалось) под названием «Длинноухие смельчаки» читаем: «С любопытством поглядывают зрители на появившегося на арене артиста в меховой ушанке, валенках и с ружьецом. Сказка начинается. Вот Мазай достал из мешка большого серого кролика, тот пошевелил ушами и ловко стал прыгать туда-сюда через ствол ружья. А вот по барьеру один за другим понеслись «спасённые» Мазаем зайцы, роль которых талантливо исполняют их ближайшие по семейству родственники — кролики.

    Летит во весь опор заяц, запряженный в легкую тележку, а в тележке — кролик-малютка. Оседлали качели белый да серый кролики, задними лапками отталкиваются — вверх, вниз! Не знаю, нравится ли им качаться, но зрители в восторге! И кто сказал, что косого ничему нельзя обучить? По всему барьеру расставлены обручи с натянутой на них бумагой. И заяц смело, на всем скаку разрывает эти преграды. В лесу, встретив нечто подобное, длинноухий, конечно, задал бы стрекача.

    И, наконец, кульминация сказки. Кролики «садятся» в расписной вертолет, тот взмывает под самый купол и… Зрители разом ахают, когда из вертолета вылетает серенький кролик. Но над ним тотчас же расцветает оранжевый парашют. Ах! — и еще один парашют раскрылся, и еще… И как это у зверюшек разрыва сердца не случилось?..»

    Как оказалось, Нина Винникова – родом из Златоуста, воспитывалась в спортивной семье. Акробаткой стала в три года благодаря старшему брату Киму, который её гнул как гуттаперчевого мальчика. В восемь лет девочка уже имела первый юношеский разряд по спортивной гимнастике.

    «В 1955 году отца перевели в Миасс, — рассказывала Нина Георгиевна, — мы переехали в частный домик в поселке Динамо. Чтобы не потерять спортивную форму, я тренировалась сама, прыгала в огороде. А потом жена брата, Валерия Винникова, привела меня к Виктору Дмитриевичу Шепелю, который руководил цирковой студией автозавода: «Возьми мою золовку к себе. Девчонка кувыркается на огороде, а родители боятся, как бы она себе шею не свернула». Шепель согласился не сразу: «Да, талантливая девочка, но пусть немного подрастет. Коллектив у меня взрослый, занимаемся на территории завода, вход туда только по пропускам. Если только директор завода разрешит выписать ей пропуск…»

    Под расписку снохи Нине выдали пропуск и зачислили в цирковой коллектив. Радости девочки не было границ! В 1962 году её начали готовить к поступлению в Московское цирковое училище.

    «Поехала я одна, — вспоминала Нина Георгиевна, — нагруженная специальным реквизитом, с рекомендательными письмами Шепеля, адресованными его другу, преподавателю Василию Зиновьеву. Сдала экзамены, а в списках себя не нашла. Стояла растерянная, не зная, что делать. Вдруг ко мне подошла седая женщина. С возгласом: «Ах, вот ты где!» схватила за руку и потащила в комнату, где сидела комиссия. Один из членов комиссии снял телефонную трубку, набрал номер отдела формирования Союзгосцирка и громко закричал: «Акифьев! Тут приехала девчонка с Урала с готовым номером! В училище ей делать нечего, принимай кадры!»  Мне вручили направление в Союзгосцирк, и я стала профессиональной артисткой».

  • «Эй, товарищ! У вас уши побелели!»

    «Эй, товарищ! У вас уши побелели!»

    Антон Скаруцкий оставил в своих воспоминаниях яркие картины жизни города

    Сотруднику Ильменского заповедника Антону Скаруцкому, оставившему пространные воспоминания о своей жизни в нашем городе, было присуще редкое качество мастерски описывать любые события, происходящие в его жизни и в жизни Миасского завода первой половины ХХ века.

    Вот как рассказал на печатных страницах о том, как изменилась его жизнь после вступления в комсомол…

    Фото предоставлено Ильменским заповедником

    «В ноябре 1923 года я и Николай Засыпкин решили вступить в комсомол. Приняли нас быстро и единогласно, и мы сразу ощутили в себе какую-­то перемену. То мы были какие­-то маленькие и обессиленные личности, а теперь стали членами большой семьи молодёжного союза. И это наполнило наши сердца каким-­то особенным, радостным теплом. Тем более что Союз этот был ЛЕНИНСКИМ!  И как-­то ощутилось, что один ты — это ничто, а в Союзе ты — Сила!

    Времена были неспокойные. Врагов и супостатов было более чем достаточно. И мы были все время начеку. По ночам поочерёдно дежурили при штабе ЧОН и время от времени при полном вооружении патрулировали улицы города.

    Мы считали себя «закваской нового общества». Борясь за новый быт, мы объявляли беспощадную войну затхлой обывательщине и мещанству. Мы выбросили из своего обихода венчания, крестины, церковь и попов. Заодно смахнули мы и всякие моды, вплоть до галстуков и танцулек.

    «Буржуазные пережитки — на свалку истории!» — гремели мы яростно. Мы самоотверженно боролись за коммунистическую мораль.

    Конечно, без перегибов не обошлось, ведь головы у нас были горячие.

    Помню, как у одного из наших ребят родился сын, и мы ему торжественно устроили «комсомольские крестины». Нужно было «повесить этикетку» новоявленному хозяину земли. Долго в поте лица трудилась коллективная мысль, пока все вкусы и желания не выкристаллизовались в имя нашего вождя. Да будет же отныне и до века имя ему Владилен!..

    …Крепко запомнился день 21 января 1924 года. Тут были две причины. Одна — духовная, смерть Ленина. Другая — физическая: отмороженные уши. Эти причины связались в одну беду неразрывно.

    С самого утра тревожно заревели гудки. На станции страшно закричали паровозы, загудела электростанция. В городе — напилочный завод и все три паровые мельницы. Это был леденящий душу «концерт». Молодая республика лишилась своего создателя и вождя — УМЕР ЛЕНИН! Страшно-страшно нам сделалось. Что теперь будет с нами? Что нас ждёт?..

    Состояние отчаяния, однако, продолжалось недолго. С чувством ожесточённой и яростной решимости мы двинули на общегородской митинг. Он был собран на городском пруду, так как народу собралось столько, что его не могло вместить никакое здание.

    Оглушённый несчастьем, я и не заметил, как отморозил себе уши. Только вдруг слышу позади голос: «Эй, товарищ! У вас уши побелели! Бегите скорее домой!».

    Я — хвать руками за уши, а они у меня «чужие» и твёрдые, как деревяшка. Как их оттирать? Отломишь еще, пожалуй.

    Припустил я до нашего детдома через пруд. Увидели, что со мной приключилось, в дом не пустили, оставили в холодных сенях и велели отмачивать уши ледяной водой. Сначала уши покрылись ледяной коркой, а когда снял корку, то уши приобрели гибкость. И только после этого уши перевязали».

  • «Я сразу увидел, что ты свой парень»

    «Я сразу увидел, что ты свой парень»

    У каждого из нас есть, что рассказать молодому поколению

    Читали ли вы «Педагогическую поэму» А.С. Макаренко? Давайте-ка освежим в памяти один эпизод…

    «Демонстративных отказов от работы почти не было. Некоторые потихоньку прятались, смывались куда-нибудь, но эти смущали меня меньше всего: для них была всегда наготове своеобразная техника у пацанов.

    …Прогульщик подходит к столу и старается сделать вид, что человек он обыкновенный и не заслуживает особенного внимания, но командир каждому должен воздать по заслугам. Командир строго говорит какому-нибудь Кольке:

    — Колька, что же ты сидишь? Разве ты не видишь? Криворучко пришел, скорее место очисти! Тарелку ему чистую! Да какую ты ложку даешь, какую ложку?!

    Ложка исчезает в кухонном окне.

    — Наливай ему самого жирного!.. Самого жирного!.. Петька, сбегай к повару, принеси хорошую ложку! Скорее! Стёпка, отрежь ему хлеба… Да что ты режешь? Это граки едят такими скибками, ему тоненькую нужно… Да где же Петька с ложкой?.. Петька, скорее там! Ванька, позови Петьку с ложкой!..

    Криворучко сидит перед полной тарелкой действительно жирного борща и краснеет прямо в центр борщовской поверхности. (…)

    Дурашливо захлопотанный Петька врывается в столовую и протягивает обыкновенную колонийскую ложку, держит её в двух руках парадно, как подношение. Командир свирепствует:

    — Какую ты ложку принёс? Тебе какую сказали? Принеси самую большую…

    Петька изображает оторопелую поспешность, как угорелый, мечется по столовой и тычется в окна вместо дверей.

    Начинается сложная мистерия, в которой принимают участие даже кухонные люди. Кое у кого сейчас замирает дыхание, потому что и они, собственно говоря, случайно не сделались предметом такого же горячего гостеприимства. Петька снова влетает в столовую, держа в руках какой-нибудь саженный дуршлаг или кухонный половик. Столовая покатывается со смеху.

    Тогда из-за своего стола медленно вылезает Лапоть и подходит к месту происшествия. Он молча разглядывает всех участников мелодрамы и строго посматривает на командира. Потом его строгое лицо на глазах у всех принимает окраски растроганной жалости и сострадания, то есть тех именно чувств, на которые Лапоть заведомо для всех неспособен. Столовая замирает в ожидании самой высокой и тонкой игры артистов!

    Лапоть орудует нежнейшими оттенками фальцета и кладёт руку на голову Криворучко:

    — Детка, кушай, детка, не бойся… Зачем издеваетесь над мальчиком? А? Кушай, детка… Что, ложки нет? Ах, какое свинство, дайте ему какую-нибудь… Да вон эту, что ли…

    Но детка не может кушать. Она ревёт на всю столовую и вылезает из-за стола, оставляя нетронутой тарелку самого жирного борща. Лапоть рассматривает страдальца, и по лицу Лаптя видно, как тяжело и глубоко он умеет переживать.

    — Это как же? — чуть не со слезами говорит Лапоть. — Что же, ты и обедать не будешь? Вот до чего довели человека!

    Лапоть оглядывается на хлопцев и беззвучно хохочет. Он обнимает плечи Криворучко, вздрагивающие в рыданиях, и нежно выводит его из столовой. Публика заливается хохотом.

    Но есть и последний акт мелодрамы, который публика видеть не может. Лапоть привёл гостя на кухню, усадил за широкий кухонный стол и приказал повару подать и накормить «этого человека» как можно лучше, потому что «его, понимаете, обижают». И когда ещё всхлипывающий Криворучко доел борщ и у него находится достаточно свободы, чтобы заняться носом и слезами, Лапоть наносит последний тихонький удар, от которого даже Иуда Искариотский обратился бы в голубя:

    — Чего это они на тебя? Наверное, на работу не вышел? Да?

    Криворучко кивает, вздыхает и вообще больше сигнализирует, чем говорит.

    — Вот чудаки! Ну, что ты скажешь!.. Да ведь ты последний раз? Последний раз, правда? Так чего ж тут вьедаться? Мало ли что бывает? Я, как пришёл в колонию, так семь дней на работу не ходил… А ты только два дня. А дай, я посмотрю твои мускулы… Ого! Конечно, с такими мускулами надо работать… Правда ж?

    Криворучко снова кивает и принимается за кашу. Лапоть уходит в столовую, оставляя Криворучко неожиданный комплимент:

    — Я сразу увидел, что ты свой парень».

    «Эпизод как эпизод, — скажете вы. – И что в нём такого особенного?» А вот что.   Незадачливый Криворучко, как, впрочем, все герои этой книги, — личность реальная. Более того, он – отец Валентины Онуфриевны Остроумовой,  не так давно покинувшей этот мир. Долгие годы она руководила Советом ветеранов спорта и создавала музей истории спорта в Миассе.

    «Отец мой, Онуфрий Никитович, — рассказывала Валентина Остроумова, — работал на автозаводе (сначала в цехе «Мотор» мастером, потом начальником смены в цехе опытного производства № 1). Был в числе передовых. Иногда рассказывал мне о своём детстве. После окончания семилетки папа сбежал из дома (жил в Винницкой области) — уж очень хотелось ему дальше учиться. Скитался, беспризорничал — и, в конце концов, попал в коммуну имени М. Горького к Макаренко».

Решаем вместе
Считаете, что объекты культурного наследия находятся в плохом состоянии? Расскажите об этом