Некоторым городским легендам порой можно найти вполне реальное объяснение.

Жители машгородка, читавшие книгу «Под покровом Ильмен», изданную в 1999 году, возможно, запомнили такой любопытный факт из истории северной части города, что при рытье котлована (перед началом строительства инженерного корпуса)  были обнаружены старые горные выработки золотоискателей. 207 кубометров бетона было израсходовано для заполнения копи. Но куда ведёт золотая жила и кому принадлежали выработки — всё это осталось неизвестным.

А знают ли горожане, что и автозавод тоже построен «на золоте»?.. Ходили когда-то такие
слухи, причём уточнялось, что «американцы предлагали купить и сам автозавод, и участок, на котором он построен, потому что, по их расчётам, затраты с лихвой окупились бы добытым золотом».

Интригующую эту информацию прояснил когда-то миасский геолог, краевед, консультант по вопросам о золоте Кашифнур Закиевич Абдрахимов.

Вот что он рассказал: «Решение о строительстве автозавода в Миассе было принято
государственным комитетом 30 ноября 1941 года. Местом для завода была выбрана площадка, отведённая наркомату боеприпасов для строительства шарикоподшипникового завода. Судя по некоторым сведениям (официально не подтверждённым), этот участок был предусмотрен генеральным планом развития города для строительства завода гражданского самолётостроения. В годы выбора площадки под шарикоподшипниковый завод разведчиками треста «Миассзолото» в этом районе были обнаружены россыпи с богатым содержанием золота для мускульной разработки. К моменту оформления землеотвода под строительство наиболее богатые участки россыпи быстро отрабатывались старателями. Запасы золота с относительно низким содержанием оказались на участке строительства. Поэтому комиссия по выбору участка обратилась к тресту «Миассзолото» с вопросом согласования соответствующих документов землеотвода. Однако протокол согласования был подписан руководством треста только после разрешения «Главзолота» в Москве. Разведочные работы, проведённые дополнительно на участке, предназначенном для строительства, показали, что запасы незначительны и с низким содержанием золота, и что для разработки они невыгодны».

Уточним: информация эта нашлась в краеведческом сборнике «Истоки»…

Наша справка
Абдрахимов Кашифнур. Окончил Казанский государственный университет (1935). С 1935 по 1978 год работал в системе треста «Миассзолото», занимался поиском и разведкой рудных и россыпных месторождений золота на Южном Урале.
С 1939 по 1952 год — начальник централизованной геолого-поисково-разведочной партии, главный геолог Кочкарского рудоуправления, с 1952 по 1978 год — главный геолог Миасского приискового управления.
Издал научные труды по разработке Мелентьевского месторождения золота, находкам медистого золота на Южном Урале и киновари в Миасском районе. Первым научно описал куст самородков, найденных бригадой А.Ф. Сурова в 1936 году в одной выборке (49.26 кг).

Более 40 лет назад Ильменский заповедник посетил Юрий Никулин.

Ильменский заповедник известен всему миру. Каких только знаменитостей не пришлось
ему повидать, причём не только учёных, геологов, минералогов, но и артистов, поэтов, писателей.

В 1979 году, например, визит в заповедник совершил актёр Юрий Никулин. Кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры РФ Людмила Аркадьевна Буторина в те годы как раз заведовала музеем Ильменского заповедника, располагавшимся тогда в старом деревянном здании. Выходной у музея был во вторник, и только в исключительных случаях, ради особо почётных гостей, в этот день проводились экскурсии.

«26 июня директор заповедника попросил меня принять в музее группу гостей начальника почтовой связи Миасса А. Н. Шабунина, — рассказывала Людмила Аркадьевна. — Я подошла к музею к 10 часам. На крыльце сидела большая группа школьников из Башкирии, они не знали, что в музее выходной. И вдруг — радостные крики: это дети увидели среди выходивших из легковых машин людей Юрия Владимировича Никулина!

… Так вот кто сегодня основной гость! Руководитель группы А. Я. Уфимкин из Челябинска извинился за опоздание (останавливались на природе позавтракать). Я прошла через служебный вход, чтобы открыть парадную дверь музея. Никулин разрешил школьникам сфотографироваться с ним, и они, счастливые, ушли, не жалея, что не побывали в музее. В Миасс ещё можно будет приехать, а вот встретиться с Никулиным навряд ли. Повезло ребятам, будут вспоминать всю жизнь».

Снимок с Никулиным долго хранился в новоандреевской школе. Но, как оказалось, Юрий
Владимирович в тот день сфотографировался и вдвоём с Буториной.

«Я провела экскурсию как обычно для гостей, — продолжила Людмила Аркадьевна. — Юрий Владимирович был всё время со мной рядом. Попросила его оставить в книге отзывов запись. Никулин быстро это сделал, нарисовав вместо фамилии свой профиль. Ну всё, можно и закрывать музей. Гости выходят на крыльцо. Конечно, вся группа захотела сфотографироваться. Юрий Владимирович говорит фотографу:

— А теперь сфотографируй меня с хозяйкой музея. Спустись ниже, а то мы будем
толстые!
— А что, толстыми быть — это плохо? — тихо спрашиваю я его.

— Нет, толстые — они добрые! — смеётся он в ответ».

По просьбе артиста Людмила Буторина поехала вместе с группой и по пути рассказывала о городе и его достопримечательностях. На Ильменской турбазе хотели спуститься к озеру, но не тут-то было: со всех сторон бежали десятки людей и просили автограф у Никулина. Пришлось срочно ретироваться. Подъехали к Тургояку и сразу поднялись на Инышко, где провели небольшой пикник. Юрий Владимирович так и сыпал анекдотами, которых знал десятки.
Особенно рассмешил всех следующим эпизодом. Просит фотографа:
   — А теперь сними меня героем!
   — Как? — удивился фотограф.
   — Мне налили стопку водки, а я, видишь, отвернулся и не пью! — ответил Никулин.

 Людмила Аркадьевна вспоминала, как знаменитый артист рассказывал о своей профессии. «Моя профессия, — говорил Никулин, — смешить людей. В цирках всей планеты едва ли наберётся 500 клоунов. Я люблю свою профессию и твёрдо верю, что смех укрепляет здоровье и продлевает жизнь. Не случайно древняя пословица гласит: один клоун, приезжающий в город, дает людям больше здоровья, чем сто ишаков, нагружённых лекарствами».

Юрий Владимирович объяснял, что главное — «с первого же появления на манеже установить контакт с залом. Чувствуешь, что не берёт тебя зал, — начинаешь нащупывать, чего хотят зрители, иногда репризы на ходу меняешь и, в конце концов, всё-таки переламываешь зрителей. Но это умение приходит с годами».

Челябинский цирк, по мнению Никулина, тяжёл для выступления: слишком большой, публика сидит далеко, ни о каком общении со зрителем не может быть и речи. На это Буторина ответила так: «Хотя мест в зале больше шести тысяч, желающих попасть на ваше представление так много, что билеты уже все проданы до конца гастролей». Эту фразу Никулин запомнил и пообещал передать контрамарку для семьи Буториных. Пообещал— и сделал.

А на представлении знаменитый клоун умудрился послать привет Людмиле Аркадьевне и
членам её семьи. На вопрос партнёра: «Что это у тебя в руках?» Никулин громко ответил: «Это крокодил. Мне его сегодня из Ильменского заповедника привезли!» — и помахал рукой миасцам. «Это было так неожиданно, — призналась Буторина, — что мы растерялись и долго не могли прийти в себя»…